Алексей Михайлович Тишайший
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ А >

ссылка на XPOHOC

Алексей Михайлович Тишайший

1629-1676

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА


Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Алексей Михайлович

Неизвестный художник. Портрет царя Алексея Михайловича.
Копия первой половины XVIII века с парусины XVII века.

Последний царь Московской Руси

Алексей Михайлович (19.03.1629–29.01.1676), второй царь из дома Романовых с 1645, автор нескольких литературных произведений. Сын царя Михаила Федоровича и царицы Евдокии Лукьяновны (в девичестве Стрешневой). Воспитывался в окружении царских «мамок», а потом «дядьками» — боярином Б. И. Морозовым, В. И. Стрешневым и др. С 5 лет царевич стал обучаться грамоте, в 9 – церковному пению.

Алексей Михайлович был образованным человеком, знал иностранные языки. Он сам читал челобитные и др. документы, писал или редактировал важные указы и первым из русских царей стал собственноручно подписывать их. Литературное наследие Алексея Михайловича многообразно: обширная переписка, произведения в прозе и стихах, мемуары. Современные исследователи считают, что наиболее ярко литературные дарования царя проявились в письмах. Сохранилось более 100 посланий царя его родным и близким, самое раннее написано в 1646, а самое позднее – за год до кончины. Алексей Михайлович в совершенстве владел эпистолярным каноном, излагал свои мысли простым и ясным языком. Наиболее интересными считаются послания А. И. Матюшкину, Н. И. Одоевскому, членам царской семьи, а также послания патр. Никону, одно из которых, «Статейный список», фактически является мемуарным произведением царя. Некоторые ученые считают Алексея Михайловича автором учебника по соколиной охоте – «Урядник сокольничьего пути», а также новой редакции «Сказания об Успении Богородицы». Кроме того, Алексей Михайлович известен и как гимнограф, автор распева стиха «Не тебе Пресвятая Богородице диво».

Известный историк С. Ф. Платонов писал об Алексее Михайловиче: «Он был прекрасно знаком с литературой того времени и до тонкости усвоил себе книжный язык. В серьезных письмах и сочинениях царь любил пускать в ход книжные обороты, употреблять цветистые афоризмы… каждый афоризм продуман, из каждой фразы глядит живая мысль».

Перевезенцев С.

+ + +

Алексей Михайлович (19.03.1629—29.01.1676), русский царь с 1645, сын Михаила Федоровича. В первые годы царствования государством фактически управлял его воспитатель («дядька») боярин Б. И. Морозов. С н. 1650-х он берет управление в свои руки. Созданный им Приказ тайных дел (1654—76) подчинялся непосредственно царю и осуществлял контроль над государственным управлением. Царь сам читал челобитные и др. документы, писал или редактировал многие важные указы и первым из русских царей стал собственноручно подписывать их, непосредственно участвовал во многих военных походах (под Смоленск, Вильно, Ригу), руководил внешнеполитическими переговорами.

Царствование Алексея Михайловича являет собой взору внимательному и пытливому поучительную картину того, сколь плодотворно сказывается на жизни государственной неспешное, тихое, религиозно осмысленное самосознание власти. Несмотря на раскол, несмотря на драматическую судьбу патр. Никона и кризис русской «симфонии властей», царствование это можно назвать одним из самых плодотворных и удачных в русской истории.

Традиционная точка зрения современной исторической «науки» предполагает, что в XVII в. Московская Русь как общественный, государственный, культурный, политический и военный организм совершенно изжила себя, и лишь воцарение Петра I, царя-реформатора, вдохнуло в страну новую жизнь. О Петре I речь особая, что же касается Московской Руси, то деятельность Алексея Михайловича блестяще опровергает этот убогий вывод.

Симпатии историков к Петру и их неприязнь к Руси допетровской объясняются психологически просто: человек всегда приветствует то, что ему понятно, близко, и отвергает, недолюбливает то, чего понять он не в состоянии. Это даже не вина, а достойная всяческой жалости беда современного массового сознания.

Именно Алексей Михайлович окончательно возвращает России земли Малороссии, отторгнутые от нее враждебными соседями в лютую годину татарского нашествия. Именно он ведет с Польшей — давним и непримиримым врагом Руси — необыкновенно трудную войну и оканчивает ее блестящей победой. Именно он, получив в наследство страну бедную, еще слабую силами и средствами после Смутного времени, но уже стоящую перед лицом множества государственных и общественных задач, начинает эпоху реформ, причем реформ неторопливых и продуманных, захвативших области юридическую и экономическую, военную и религиозную.

Одно лишь знаменитое Уложение Алексея Михайловича, именуемое иначе «Свод всех законов», могло бы, по словам исследователя XX в., «составить славу целого царствования». Уложение 1649 стало первым полным сводом законов, действующих на всей территории Русского государства. Оно содержало 25 глав, построенных по тематическому признаку и разделенных на 967 статей. В подготовке столь обширного документа участвовала целая комиссия во главе с кн. Н. И. Одоевским, назначенная Земским Собором 16 июля 1648 (см.: Земские Соборы). Уже в 1649 было осуществлено три издания Уложения. Книга разошлась огромным по тем временам тиражом: с 1650 по 1654 в разные города России было продано 1173 экземпляра.

Было окончательно утверждено дело исправления богослужебных книг, принят Новоторговый устав, издана Кормчая книга, не говоря уж о массе частных законоположений, призванных упорядочить русскую жизнь. Во внешней политике стратегическая инициатива после долгих лет застоя снова перешла к Москве. Литва и Польша окончательно утратили наступательный порыв, отступив в отношениях с Русью на роль стороны обороняющейся, без надежды на победу.

Сказанного достаточно, чтобы объяснить необходимость повнимательнее присмотреться к личности самого царя, которого историки признают человеком, воплотившим в себе наиболее характерные черты государственного, религиозного и бытового мировоззрения своих современников. Россияне искренне любили своего монарха. Самая наружность государя располагала в его пользу: в живых голубых глазах светилась искренняя доброта, лицо было полно и румяно, ободряя и обнадеживая собеседника выражением добродушной приветливости, не мешавшей, впрочем, серьезности и важности, приличествующей Августейшей особе. Полная фигура царя сохраняла осанку величавую и чинную, подчеркивая осознание Алексеем Михайловичем важности и святости сана, возложенного на него Самим Господом Богом.

Редкие душевные достоинства царя пленяли даже иностранцев. Их отзывы говорят о том, что «царь одарен необыкновенными талантами, имеет прекрасные качества и украшен редкими добродетелями, он покорил себе сердца всех своих подданных, которые столько же любят его, сколько и благоговеют перед ним». При своей неограниченной власти, отмечают они, «царь Алексей не посягнул ни на чье имущество, ни на чью честь, ни на чью жизнь». Он «такой государь, какого бы желали иметь все христианские народы, но немногие имеют».

В домашней жизни он (как, впрочем, и его державные предшественники) являл собой образец умеренности и простоты. Три, много если четыре, комнаты рядом, одна возле другой, служили для него весьма достаточным помещением. Были они не особенно обширны, своим простором равняясь обычной крестьянской избе (три сажени в длину и столько же в ширину). Внутреннее убранство покоев тоже немногим отличалось от крестьянского: те же лавки вдоль стен, та же утварь, и лишь кресло для самого государя — роскошь невиданная — выдавало с первого взгляда комнату царя.

Знаменитый исследователь старинного русского быта И. Е. Забелин, опубликовавший в н. ХХ в. обстоятельное многотомное исследование «Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях», так описывает распорядок дня Алексея Михайловича:

«Государь вставал обыкновенно часа в четыре утра. Постельничий, при пособии спальников и стряпчих, подавал государю платье и одевал его. Умывшись, государь тотчас выходил в Крестовую палату, где его ожидали духовник или крестовый поп и крестовые дьяки. Духовник или крестовый священник благословлял государя крестом, возлагая его на чело и ланиты, причем государь прикладывался ко кресту и потом начинал утреннюю молитву; в то же время один из крестовых дьяков поставлял перед иконостасом на налое образ святого, память которого праздновалась в тот день. По совершении молитвы, которая продолжалась около четверти часа, государь прикладывался к этой иконе, а духовник окроплял его святою водою…

После моленья крестовый дьяк читал духовное слово — поучение из особого сборника «слов», распределенных для чтения в каждый день на весь год… Окончив крестовую молитву, государь, если почивал особо, посылал ближнего человека к царице в хоромы спросить о ее здоровье, как почивала? Потом сам выходил здороваться с нею в переднюю или столовую. После того они вместе слушали в одной из верховых церквей заутреню, а иногда и раннюю обедню.

Между тем, с утра же рано собирались во дворец все бояре, думные и ближние люди — «челом ударить государю» и присутствовать в Царской Думе. Поздоровавшись с боярами, поговорив о делах, государь в сопровождении всего собравшегося боярства шествовал, в часу девятом, к поздней обедне в одну из придворных церквей. Если же тот день был праздничный, то выход делался в храм или монастырь, сооруженный в память празднуемого святого. В общие церковные праздники и торжества государь всегда присутствовал при всех обрядах и церемониях. Поэтому и выходы в таких случаях были гораздо торжественнее.

Обедня продолжалась часа два. Едва ли кто был так привержен к богомолью и к исполнению всех церковных обрядов, служб, молитв, как цари. Один иностранец рассказывает о царе Алексее Михайловиче, что он в пост стоял в церкви часов по пяти или шести сряду, клал иногда по тысяче земных поклонов, а в большие праздники по полуторы тысячи.

После обедни, в комнате в обыкновенные дни государь слушал доклады, челобитные и вообще занимался текущими делами.

Заседание и слушание дел в комнате оканчивалось около двенадцати часов утра. Бояре, ударив челом государю, разъезжались по домам, а государь шел к столовому кушанию, к которому иногда приглашал некоторых из бояр, самых уважаемых и близких.

После обеда государь ложился спать и обыкновенно почивал до вечерни часа три. В вечерню снова собирались во дворец бояре и прочие чины, в сопровождении которых царь выходил в верховую церковь к вечерне. После вечерни иногда тоже случались дела и собиралась Дума. Но обыкновенно все время после вечерни до ужина государь проводил уже в семействе или с самыми близкими людьми. Во время этого отдыха любимейшим занятием государя было чтение церковных книг, в особенности церковных историй, поучений, житий святых и тому подобных сказаний, а также и летописей.

Оканчивая день после вечернего кушания, государь снова шел в Крестовую и точно так же, как и утром, молился около четверти часа».

Подумайте, каким внутренним умиротворением, каким ясным и покойным сознанием смысла своего существования, пониманием своего долга нужно обладать для того, чтобы жить в таком одновременно неспешном и сурово-аскетическом ритме. Сколь глубокое религиозное чувство надо иметь, чтобы из года в год, из поколения в поколение поддерживать этот уклад, зримо являя собой народу пример благочестия и чинности, трудолюбия и сердечной набожности. Вера, являемая жизнью, вера опытная, неложная, глубокая — такова первооснова этого бытия. Так жила Россия, так жил и Русский Царь, соединяясь со своим народом связью самой глубинной и прочной из всех возможных…

Подобно государевым покоям, немногим отличался от крестьянского и царский стол. Блюда самые простые: ржаной хлеб, немного вина, овсяная брага, а иногда только коричная вода — украшали трапезу Алексея Михайловича. Но и этот стол никакого сравнения не имел с тем, который государь держал во время постов. Великим постом, напр., царь обедал лишь три раза в неделю: в четверг, субботу и воскресенье, а в остальные дни довольствовался куском черного хлеба с солью, соленым грибом или огурцом. Рыбу государь за время поста вкушал лишь дважды, строго соблюдая все семь постных седмиц.

«В Великий и Успеньев посты готовятся ествы: капуста сырая и гретая, грузди, рыжики соленые — сырые и гретые, и ягодные ествы, без масла — кроме Благовещеньева дня, и ест царь в те посты, в неделю (т. е. в воскресенье. — Прим. авт.), во вторник, в четверг, в субботу по одиножды в день, а пьет квас, а в понедельник, и в среду, и в пятницу во все посты не ест и не пьет ничего, разве для своих и царицыных, и царевичевых, и царевниных именин», — сказывает современник Алексея Михайловича.

Государь имел ясное и твердое понятие о Божественном происхождении царской власти и ее богоустановленном чине. «Бог благословил и предал нам, государю, править и рассуждать люди Своя на востоке и на западе, на севере и на юге вправду», — сказал он как-то кн. Ф. Ю. Ромодановскому. В одном из писем советникам царь писал: «А мы, великий государь, ежедневно просим у Создателя, чтобы Господь Бог даровал нам, великому государю, и вам, боярам, с нами единодушно люди Его разсудити вправду, всем равно».

Понимание промыслительности бытия рождало в Алексее Михайловиче мировоззрение чинное и светлое, неспешное и внимательное к мелочам. «Хоть и мала вещь, — говаривал царь, — а будет по чину честна, мерна, стройна, благочинна, — никтоже зазрит, никтоже похулит, всякий похвалит, всякий прославит и удивится, что и малой вещи честь и чин и образец положены по мере. Без чина же всякая вещь не утвердится и не укрепится; безстройство же теряет дело и возставляет безделье». Как не пожалеть, что нынешнее безблагодатное воззрение на мир лишило нас способности чувствовать сердцем ту великую вселенскую упорядоченность, ту стройную чинность и чистую гармонию бытия, которой так дивился Тишайший Царь, которая возводит верующего человека к созерцаниям светлым и тихим, возвышенным и умиротворенным.

Вера, возносящая человека над суетой и смутой мирских передряг, и в скорби делала государя добрым утешителем и разумным советчиком. У кн. Одоевского внезапно умер сын Михаил — в самом расцвете сил. Отец в то время был по делам в Казани. Царь сам особым письмом известил его о горькой потере, присовокупив утешения, свидетельствующие о своей высокой духовной настроенности. Описав благочестивую кончину князя, который после причастия «как есть уснул; отнюдь рыдания не было, ни терзания», Алексей Михайлович присовокупил: «Радуйся и веселися, что Бог совсем свершил, изволил взять с милостию Своею; и ты принимай с радостию сию печаль, а не в кручину себе и не в оскорбление… Нельзя, чтоб не поскорбеть и не прослезиться, — прослезиться надобно, да в меру, чтоб Бога наипаче не прогневать!»

Были у царя, как и у всякого человека, свои слабости. Хоть он и получил от современников прозвание Тишайшего, но бывал по временам весьма резок и вспыльчив. Осерчав на кого-нибудь, давал, случалось, царь волю и языку — награждая провинившегося нелестными эпитетами, и рукам — оделяя чувствительными тумаками. Впрочем, гнев царский был мимолетен и отходчив — частенько после вспышки Алексей Михайлович осыпал «пострадавшего» милостями, сам просил мира и слал богатые подарки, всемерно стараясь загладить размолвку.

При всем своем природном уме и богатой начитанности царь не любил споров, в отношениях с приближенными бывал податлив и слаб. Пользуясь его добротою, окружающие бояре своевольничали, порой забирая власть над тихим государем. В этом, пожалуй, кроется и разгадка драматических взаимоотношений царя с Патриархом. Государь не нашел в себе сил противиться боярскому нажиму, а Никон не счел возможным подстраиваться под интересы знати, жертвуя — хотя бы и на время — законными интересами Церкви.

Митрополит Иоанн (Снычев)

Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа - http://www.rusinst.ru


АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ (19.03.1629-29.01.1676), русский царь с 1645, сын Михаила Федоровича. В первые годы царствования государством фактически управлял его воспитатель (“дядька”) боярин Б.И. Морозов. С н. 1650-х он берет управление в свои руки. Созданный им Приказ тайных дел (1654 — 76) подчинялся непосредственно царю и осуществлял контроль над государственным управлением. Царь сам читал челобитные и др. документы, писал или редактировал многие важные указы и первым из русских царей стал собственноручно подписывать их, непосредственно участвовал во многих военных походах (под Смоленск, Вильно, Ригу), руководил внешнеполитическими переговорами.

Царствование Алексея Михайловича являет собой взору внимательному и пытливому поучительную картину того, сколь плодотворно сказывается на жизни государственной неспешное, тихое, религиозно осмысленное самосознание власти. Несмотря на Раскол, несмотря на драматическую судьбу Никона и кризис русской “симфонии властей”, царствование это можно назвать одним из самых плодотворных и удачных в русской истории.

Традиционная точка зрения современной исторической "науки" предполагает, что в XVII в. Московская Русь как общественный, государственный, культурный, политический и военный организм совершенно изжила себя, и лишь воцарение Петра I, царя-реформатора, вдохнуло в страну новую жизнь. О Петре I речь особая, что же касается Московской Руси, то деятельность Алексея Михайловича блестяще опровергает этот убогий вывод.

Симпатии историков к Петру и их неприязнь к Руси допетровской объясняются психологически просто: человек всегда приветствует то, что ему понятно, близко, и отвергает, недолюбливает то, чего понять он не в состоянии. Это даже не вина, а достойная всяческой жалости беда современного массового сознания.

Именно Алексей Михайлович окончательно возвращает России земли Малороссии, отторгнутые от нее враждебными соседями в лютую годину татарского нашествия. Именно он ведет с Польшей — давним и непримиримым врагом Руси — необыкновенно трудную войну и оканчивает ее блестящей победой. Именно он, получив в наследство страну бедную, еще слабую силами и средствами после Смуты, но уже стоящую пред лицом множества государственных и общественных задач — начинает эпоху реформ, причем реформ неторопливых и продуманных, захвативших область юридическую и экономическую, военную и религиозную.

Одно лишь знаменитое “Уложение” Алексея Михайловича, именуемое иначе “Свод всех законов”, могло бы, по словам исследователя XX в., “составить славу целого царствования”. “Уложение” 1649 стало первым полным сводом законов, действующих на всей территории Русского государства. Оно содержало 25 глав, построенных по тематическому признаку и разделенных на 967 статей. В подготовке столь обширного документа участвовала целая комиссия во главе с князем Н.И. Одоевским, назначенная Земским собором 16 июля 1648. Уже в 1649 было осуществлено три издания “Уложения”. Книга разошлась огромным по тем временам тиражом: с 1650 по 1654 в разные города России было продано 1173 экземпляра.

Было окончательно утверждено дело исправления богослужебных книг, принят Новоторговый устав, издана Кормчая книга, не говоря уж о массе частных законоположений, призванных упорядочить русскую жизнь. Во внешней политике стратегическая инициатива после долгих лет застоя снова перешла к Москве. Литва и Польша окончательно утратили наступательный порыв, отступив в отношениях с Русью на роль стороны обороняющейся, без надежды на победу.

Сказанного достаточно, чтобы объяснить необходимость повнимательнее присмотреться к личности самого царя, которого историки признают человеком, воплотившим в себе наиболее характерные черты государственного, религиозного и бытового мировоззрения своих современников. Россияне искренне любили своего монарха. Самая наружность государя располагала в его пользу: в живых голубых глазах светилась искренняя доброта, лицо было полно и румяно, ободряя и обнадеживая собеседника выражением добродушной приветливости, не мешавшей, впрочем, серьезности и важности, приличествующей Августейшей особе. Полная фигура царя сохраняла осанку величавую и чинную, подчеркивая сознание Алексеем Михайловичем важности и святости сана, возложенного на него Самим Господом Богом.

Редкие душевные достоинства царя пленяли даже иностранцев. Их отзывы говорят о том, что “царь одарен необыкновенными талантами, имеет прекрасные качества и украшен редкими добродетелями, он покорил себе сердца всех своих подданных, которые столько же любят его, сколько и благоговеют перед ним”. При своей неограниченной власти, отмечают они, “царь Алексей не посягнул ни на чье имущество, ни на чью честь, ни на чью жизнь”. Он “такой государь, какого бы желали иметь все христианские народы, но немногие имеют”.

В домашней жизни он (как, впрочем, и его державные предшественники) являл собой образец умеренности и простоты. Три, много если четыре, комнаты рядом, одна возле другой, служили для него весьма достаточным помещением. Были они не особенно обширны, своим простором равняясь обычной крестьянской избе (три сажени в длину и столько же в ширину). Внутреннее убранство покоев тоже немногим отличалось от крестьянского: те же лавки вдоль стен, та же утварь, и лишь кресло для самого государя — роскошь невиданная — выдавало с первого взгляда комнату царя.

Знаменитый исследователь старинного русского быта Иван Егорович Забелин, опубликовавший в начале века обстоятельное многотомное исследование “Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях”, так описывает распорядок дня Алексея Михайловича:

“Государь вставал обыкновенно часа в четыре утра. Постельничий, при пособии спальников и стряпчих, подавал государю платье и одевал его. Умывшись, государь тотчас выходил в Крестовую палату, где его ожидали духовник или крестовый поп и крестовые дьяки. Духовник или крестовый священник благословлял государя крестом, возлагая его на чело и ланиты, причем государь прикладывался ко кресту и потом начинал утреннюю молитву; в то же время один из крестовых дьяков поставлял перед иконостасом на налое образ святого, память которого праздновалась в тот день. По совершении молитвы, которая продолжалась около четверти часа, государь прикладывался к этой иконе, а духовник окроплял его святою водою...

После моленья крестовый дьяк читал духовное слово — поучение из особого сборника “слов”, распределенных для чтения в каждый день на весь год... Окончив крестовую молитву, государь, если почивал особо, посылал ближнего человека к царице в хоромы спросить о ее здоровье, как почивала? Потом сам выходил здороваться с нею в переднюю или столовую. После того они вместе слушали в одной из верховых церквей заутреню, а иногда и раннюю обедню.

Между тем, с утра же рано собирались во дворец все бояре, думные и ближние люди — “челом ударить государю” и присутствовать в Царской Думе. Поздоровавшись с боярами, поговорив о делах, государь в сопровождении всего собравшегося боярства шествовал, в часу девятом, к поздней обедне в одну из придворных церквей. Если же тот день был праздничный, то выход делался в храм или монастырь, сооруженный в память празднуемого святого. В общие церковные праздники и торжества государь всегда присутствовал при всех обрядах и церемониях. Поэтому и выходы в таких случаях были гораздо торжественнее.

Обедня продолжалась часа два. Едва ли кто был так привержен к богомолью и к исполнению всех церковных обрядов, служб, молитв, как цари. Один иностранец рассказывает о царе Алексее Михайловиче, что он в пост стоял в церкви часов по пяти или шести сряду, клал иногда по тысяче земных поклонов, а в большие праздники по полуторы тысячи.

После обедни, в комнате в обыкновенные дни государь слушал доклады, челобитные и вообще занимался текущими делами. Заседание и слушание дел в комнате оканчивалось около двенадцати часов утра. Бояре, ударив челом государю, разъезжались по домам, а государь шел к столовому кушанию, к которому иногда приглашал некоторых из бояр, самых уважаемых и близких.

После обеда государь ложился спать и обыкновенно почивал до вечерни часа три. В вечерню снова собирались во дворец бояре и прочие чины, в сопровождении которых царь выходил в верховую церковь к вечерне. После вечерни иногда тоже случались дела и собиралась Дума. Но обыкновенно все время после вечерни до ужина государь проводил уже в семействе или с самыми близкими людьми. Во время этого отдыха любимейшим занятием государя было чтение церковных книг, в особенности церковных историй, поучений, житий святых и тому подобных сказаний, а также и летописей. Оканчивая день после вечернего кушания, государь снова шел в Крестовую и точно так же, как и утром, молился около четверти часа”.

Подумайте, каким внутренним умиротворением, каким ясным и покойным сознанием смысла своего существования, пониманием своего долга нужно обладать для того, чтобы жить в таком одновременно неспешном и сурово-аскетическом ритме. Сколь глубокое религиозное чувство надо иметь, чтобы из года в год, из поколения в поколение поддерживать этот уклад, зримо являя собой народу пример благочестия и чинности, трудолюбия и сердечной набожности. Вера, являемая жизнью, вера опытная, неложная, глубокая — такова первооснова этого бытия. Так жила Россия, так жил и Русский Царь, соединяясь со своим народом связью самой глубинной и прочной из всех возможных...

Подобно государевым покоям, немногим отличался от крестьянского и царский стол. Блюда самые простые: ржаной хлеб, немного вина, овсяная брага, а иногда только коричная вода — украшали трапезу Алексея Михайловича. Но и этот стол никакого сравнения не имел с тем, который государь держал во время постов. Великим постом, например, царь обедал лишь три раза в неделю: в четверг, субботу и воскресенье, а в остальные дни довольствовался куском черного хлеба с солью, соленым грибом или огурцом. Рыбу государь за время поста вкушал лишь дважды, строго соблюдая все семь постных седмиц. “В Великий и Успеньев посты готовятся ествы: капуста сырая и гретая, грузди, рыжики соленые — сырые и гретые, и ягодные ествы, без масла — кроме Благовещеньева дня, и ест царь в те посты, в неделю (т.е. в воскресенье. — Прим. авт.), во вторник, в четверг, в субботу по одиножды в день, а пьет квас, а в понедельник, и в среду, и в пятницу во все посты не ест и не пьет ничего, разве для своих и царицыных, и царевичевых, и царевниных именин”, — сказывает современник Алексея Михайловича.

Государь имел ясное и твердое понятие о божественном происхождении царской власти и ее богоустановленном чине. “Бог благословил и предал нам, государю, править и рассуждать люди Своя на востоке и на западе, на севере и на юге вправду”, — сказал он как-то князю Ромодановскому. В одном из писем советникам царь писал: “А мы, великий государь, ежедневно просим у Создателя, чтобы Господь Бог даровал нам, великому государю, и вам, боярам, с нами единодушно люди Его разсудити вправду, всем равно”.

Понимание промыслительности бытия рождало в Алексее Михайловиче мировоззрение чинное и светлое, неспешное и внимательное к мелочам. “Хоть и мала вещь, — говаривал царь, — а будет по чину честна, мерна, стройна, благочинна, — никтоже зазрит, никтоже похулит, всякий похвалит, всякий прославит и удивится, что и малой вещи честь и чин и образец положены по мере. Без чина же всякая вещь не утвердится и не укрепится; безстройство же теряет дело и возставляет безделье”. Как не пожалеть, что нынешнее безблагодатное воззрение на мир лишило нас способности чувствовать сердцем ту великую вселенскую упорядоченность, ту стройную чинность и чистую гармонию бытия, которой так дивился Тишайший Царь, которая возводит верующего человека к созерцаниям светлым и тихим, возвышенным и умиротворенным.

Вера, возносящая человека над суетой и смутой мирских передряг, и в скорби делала государя добрым утешителем и разумным советчиком. У князя Одоевского внезапно умер сын Михаил — в самом расцвете сил. Отец в то время был по делам в Казани. Царь сам, особым письмом известил его о горькой потере, присовокупив утешения, свидетельствующие о своей высокой духовной настроенности. Описав благочестивую кончину князя, который после причастия “как есть уснул; отнюдь рыдания не было, ни терзания”, Алексей Михайлович присовокупил: “Радуйся и веселися, что Бог совсем свершил, изволил взять с милостию Своею; и ты принимай с радостию сию печаль, а не в кручину себе и не в оскорбление... Нельзя, чтоб не поскорбеть и не прослезиться, — прослезиться надобно, да в меру, чтоб Бога наипаче не прогневать!”

Были у царя, как и у всякого человека, свои слабости. Хоть он и получил от современников прозвание Тишайшего, но бывал по временам весьма резок и вспыльчив. Осерчав на кого-нибудь, давал, случалось, царь волю и языку — награждая провинившегося нелестными эпитетами, и рукам — оделяя чувствительными тумаками. Впрочем, гнев царский был мимолетен и отходчив — частенько после вспышки Алексей Михайлович осыпал “пострадавшего” милостями, сам просил мира и слал богатые подарки, всемерно стараясь загладить размолвку. При всем своем природном уме и богатой начитанности царь не любил споров, в отношениях с приближенными бывал податлив и слаб. Пользуясь его добротою, окружающие бояре своевольничали, порой забирая власть над тихим государем. В этом, пожалуй, кроется и разгадка драматических взаимоотношений царя с патриархом. Государь не нашел в себе сил противиться боярскому нажиму, а Никон не счел возможным подстраиваться под интересы знати, жертвуя — хотя бы и на время — законными интересами Церкви.

Митрополит Иоанн(Снычев)

Русское небо


Павел Рыженко. Великий князь Алексей Михайлович

Алексей Михайлович — царь, сын царя Михаила Фёдоровича от брака с Евдокией Лукьяновной Стрешневой. Род. 19 мар. 1629. На престол взошёл после смерти отца (1645). Его правление оказалось особенно тяжёлой порой для Рус. гос-ва: долгая и трудная война, постоянные внутр. смуты и беспорядки, отсутствие денег — всё это наложило мрачный отпечаток на царствование А. М. Между тем до сих пор Москва не знала такого живого, впечатлительного, доброго и мягкого государя, как А. М. Он был одним из образованнейших людей моск. общества: прекрасно знал церк. и светскую литературу своего времени и до тонкостей усвоил книжный язык. Чтение развило в нём глубокую и сознательную религиозность: он часто молился, строго соблюдал посты, знал все церк. уставы и очень заботился о спасении своей души. Интересы царя были очень разнообразны: его занимали и политика, и война (он даже писал мемуары о польск. войне), и соколиная охота, и садоводство, и театральные представления. Добродушный, ласковый, приветливый ко всем, он недаром получил прозвище «тишайший». Если из-за вспыльчивого характера и случалось ему кого-либо обидеть или благодаря склонности к весельюи проказам жестоко подшутить над кемнибудь, то он старался загладить обиду, смягчить неловкую выходку. В те грубые времена эта мягкость нрава и доброта в человеке, облечённом высшей властью, были большой редкостью. Вот, напр., что писал близкому человеку сам царь об одной из своих безобидных, как ему казалось, забав во время пребывания в с. Коломенское: «Извещаю тебя, што тем утешаюся, што стольников купаю ежеутро в пруде... кто не поспеет к моему смотру, таки того и купаю, да после купания жалую, зову их ежедень, у меня купальщики те ядят вдоволь, а иные говорят: мы-де нароком не поспеем, таки-дe и нас выкупают да за стол посадят; многие нароком не поспевают». Поскольку дело было зимой, шутка царя выглядит довольно жестокой, однако, судя по всему, она нисколько не обижала его приближённых, т. к. он смягчал её лаской. Подобным же образом действовал он и в др. случаях. Добродушие царя особенно сказывалось в домашней жизни: он был прекрасным семьянином и жил со своей супругой Maрией Ильиничной душа в душу. А. М. был из тех людей, которые желали, чтобы не только у них, но и у всех близких было на душе светло и радостно. Чувство изящного у него было тоже сильно развито: он любил своё Коломенское за красивое местоположение; любил до страсти соблюдать обряды. Цар. выходы в церковь, церемонии во время больших праздников, приёмы иноземных послов и своих бояр — всё это происходило при нём по строго установленному чину и гораздо торжественнее и пышнее, чем у прежних государей. Вся жизнь царя представляла как бы один стройный обряд. Мельчайшие подробности церемоний или церк. службы занимали его порой не менее, чем гос. дела. Каждый день проводил в церкви часов по пять, клал усердно земные поклоны, весьма ревностно соблюдал посты. По словам современников, «в Великий пост царь Алексей обедал только три раза в неделю, а именно: в четверток, субботу и воскресенье, в остальные же дни кушал по куску чернаго хлеба с солью, по соленому грибу и огурцу... Рыбу он ел только два раза в Великий пост и соблюдал все семь недель поста... Сверх обычных постов, он ничего мясного не ел по понедельникам, средам, и пятницам,— одним словом, ни один монах не превзойдет его в строгости постничества». На утренней заре, часа в четыре, вставал он с постели; начиналось утреннее моленное поклонение иконе того святого, память которого чтилась в тот день, чтение какого- нибудь назидательнаго слова; затем происходило шествие к заутрене. После того приходили бояре, били челом государю, вели разговор о делах и все за царем шли к обедне; в праздники цар. выходы были торжественнее, пышнее и с соблюдением известного чина; в соответствии с праздником одевалась и различная одежда, более или менее пышная. После обедни царь занимался делами: ему читались доклады и челобитные; в известные дни происходили заседания Боярской думы. По полудни дела заканчивались и следовал цар. обед. Затем царь спал до вечерни; потом шёл к вечерне, после которой проводил время уже в своём домашнем кругу, играл в шахматы или слушал рассказы бывалых людей о различных диковинах в чужих краях. Обычно так и шла изо дня в день цар. жизнь, ровно, чинно и благочестиво; она служила образцом и для бояр. Этот жизненный уклад чуть видоизменялся лишь в большие праздники да во время при- ёмов важных иноземных послов. «Рождество, Крещение, Вербное воскресенье и Пасха — вот важнейшие праздники, когда церк. службы, церемонии и все обряды царской жизни совершались особенно великолепно. В большие праздники царь раздавал милостыню, посещал заключённых, выкупал должников, прощал преступников... Все русские люди в то время считали своей обязанностью творить в праздничные дни разные благодеяния и богоугодные дела. К сожалению, это нередко обращалось лишь в один обряд. Алексей Михайлович дорожил царским величием: оно, соединенное с блеском и пышностью, пленяло его; на выходах его сопровождали бояре, разные придворные чины и рынды в их роскошных уборах. Всех иноземцев поражало величие московского двора. “Двор московского государя,— говорил английский писатель Карлейл, посещавший Москву,— так красив и держится в таком порядке, что едва ли найдется хоть один из всех христианских монархов, который превосходил бы в этом московского. Все сосредоточивается около двора. Подданные, пораженные его блеском, приучаются благоговеть пред ним...”. Казалось, в лице Алексея Михайловича соединились многие лучшие свойства русского человека, и он являлся как бы представителем русского добродушия, мягкости и набожности. Но, несмотря на все доброжелательство царя, несмотря на прекрасные свойства души,— он не мог сделать счастливым свой народ, водворить в государстве порядок и благоустройство. Он полагал, что можно достигнуть всего этого, сохраняя старый строй жизни, и слишком был доверчив к людям, и при том крайне податлив; а многие этим-то и пользовались: честных людей, хороших советников и прямых слуг было у него мало; а людей, сколько-нибудь образованных и проницательных государственных деятелей, еще меньше. Этим и надо объяснить, почему в это время мы видим столько бед и неурядиц в Московском государстве... Царь Алексей по своей мягкой природе постоянно нуждался в советниках; он всем сердцем привязывался к людям, близко стоявшим к нему, легко поддавался их влиянию». Таким близким лицом в начале царствования был его воспитатель («дядька») боярин Б. И. Морозов, в течение 3 лет фактически управлявший государством, поскольку на престол А. М. вступил в 16 лет. Молодой царь находился под сильным влиянием дядьки — человека способного и опытного администратора, но «неумевшего возвыситься до того, чтобы не быть временщиком» и приносившего общие интересы в жертву своим личным выгодам. Произвол и лихоимство ставленников Морозова вызвали волнение в Москве (1648), беспорядки в Соль-Вычегодске и бунт в Устюге Великом. А. М. вынужден был пожертвовать своим воспитателем и отправил его в ссылку в Кирилло-Белозерский монастырь. Новое окружение царя привело его к мысли об улучшении законодательства и суд. системы. Для составления нового кодекса был созван Земский собор (1647), результатом работ к-рого явилось опубликованное в мае 1649 «Уложение, по которому суд и росправа во всяких делах в Российском государстве производится». «Уложение» распространялось на все сферы жизни тогдашней России и удовлетворяло осн. требования дворян (о бессрочном сыске беглых крестьян и др.) и верхушки посада (ликвидация беломестных слобод и др.). Народ. массы ответили антифеод. борьбой, принявшей в тот период особенно широкие размеры: законодательная деятельность А. М., хотя и основанная на земских челобитьях, не могла, однако, предотвратить бунтов, восстаний и беспорядков, продолжавшихся в течение всего царствования («соляной» и «медный» бунты, восстания в Новгороде Великом и Пскове, выступления башкир, крестьянская война под руководством С. Разина и др.). Большинство выступлений происходило из-за экономич. неурядиц и имело местный характер, за исключением «разинщины», явившейся результатом недовольства народа всем обществ. строем и имевшей характер общегос. смуты. Недостаток средств у пр-ва А. М. и удручающее экономич. положение народа привели царя и его Думу к мысли о финан. реформе. Но, как бы следуя изречению политика наших дней (хотели как лучше, а получилось как всегда), сначала произвольно увеличили курс ходившей монеты (клеймённый казной серебр. ефимок стоимостью в 42—50 коп. должен был приниматься за рубль), а затем пустили в оборот (1656) медные деньги, одинаковой формы и величины с серебряными, выпущенные по одной цене с последними. Мера эта, применённая крайне неумело, привела к постепенному исчезновению из обращения серебра, к обесцениванию медных денег, к страшному вздорожанию продуктов и, наконец, к открытому бунту в Москве (июль 1662), для усмирения к-рого пришлось прибегнуть к военной силе, и волнения были жестоко подавлены. В 1663 медные деньги были отменены, но операция эта успела катастрофически сказаться на благосостоянии народа. А. М. стал сам принимать значит. участие в делах гос. управления. Созданный им Приказ тайных дел (1654—1676) подчинялся непосредственно царю и осуществлял контроль над гoc. управлением. А. М. сам читал челобитные и др. документы, писал или редактировал многие важные указы и первым (после Бориса Годунова) из рус. царей стал собственноручно подписывать их. Пр-во А. М. поощряло пром. деятельность, поддерживало отечеств. купечество, защищая его от конкуренции иностр. купцов. Были приняты Таможенный (1653) и Новоторговый (1667) уставы, способствовавшие развитию внутр. и внеш. торговли. Из церк. событий царствования необходимо отметить возникновение раскола и т. н. «дело патриарха Никона», благодаря к-рому возник вопрос о взаимоотношении светской и церк. властей на Руси. Став патриархом при условии, что царь не будет вмешиваться в церк. дела, умный, деятельный и красноречивый Никон, пользуясь личным расположением к себе А. М., мало-помалу оказался в центре не только церк., но и гос. управления. Окружающие, по примеру царя, стали звать патриарха «великим государем», а с 1654, когда А. М. был на войне с поляками, Никон правил всем гос-вом, и Боярская дума слушала его, как царя. Но гордость и самоуверенность Никона вызвали глубокую неприязнь к нему как со стороны бояр, потерявших часть своего влияния, так и в цар. семье. К тому же, рус.-польск. война 1654—1665 способствовала значительному развитию у царя чувства самостоятельности. Вследствие этого уже с 1656 между ним и Никоном начались размолвки и постепенное охлаждение, что, в конце концов, привело к полному разрыву, к лишению Никона патриаршества и к его ссылке. А. М. непосредственно участвовал во многих воен. походах (под Смоленск, Вильно, Ригу и др.), руководил внешнеполитич. переговорами со шведами, поляками, крым. ханом и др., усилил контроль за деятельностью рус. послов и т. д. Военное дело при А. М. в гл. чертах сохранило характер, какой имело в период предыдущего царствования, но начатые при Михаиле Фёдоровиче реформы (войска иноземного строя) получили дальнейшее развитие. Передовые политики и военные того времени говорили о том, что сила государства зависит «от строев военных », которые требуют применения и улучшения в России, что воен. искусство зависит не от одной лишь «природы», но и от развития и образования. В 1647 в Москве был опубликован устав для солдатских полков, носивший название «Учение и хитрость ратного строя пехотных людей», переведённый с нем. или дат. яз. и представлявший собой курс по тактике (с включением в него уставной части). Поэтому его издание должно было способствовать распространению среди рус. войск совр. европ. тактич. взглядов и новаций, началось введение в армии «полков нового строя». Осудив старое, мирясь с ним по нужде, не будучи в состоянии создать необходимое новое, но сознавая, что это новое нужно, пр-во А. М. готовило почву для того, чтобы переход от старого к новому в области воен. дела совершился наиболее незаметно и без всяких нарушений как интересов гос-ва, так и интересов населения. С этой точки зрения, царствование А. М. является в истории военного искусства одним из звеньев переходной эпохи, связывающих XVI в. с ХVIII. При А. М. назрел исторически важный политич. вопрос — Малороссийский. 8 янв. 1654 Левобереж. Малороссия под руководством Б. Хмельницкого добровольно присягнула рус. царю. Присоединение Малороссии повлекло за собой войну с Польшей (1654—1655) — первый наступательный поход на запад в истории России со времени великих князей Киев. Руси. Война велась достаточно успешно: русским удалось овладеть всей терр. совр. Вост. Белоруссии, Сев. Малороссии и Юж. Литвы — с линией Немана на фронте, с Полесьем на юге. Но успехи А. М. в Литве сделали неизбежной новую войну со Швецией, вследствие чего А. М. должен был заключить перемирие с польск. кор. Яном II Казимиром. Война со Швецией (1656—1658) началась успешными действиями рус. войск в Ингерманландии и на берегах Зап. Двины, но затем русские потерпели неудачу под Ригой, и А. М. вынужден был искать мира. В 1658 было подписано перемирие со Швецией, подтверждённое договором в Валиесаре (1659); наконец, в Кардисе был заключён «Вечный мир» со Швецией (1661), по к-рому все терр. и города, отошедшие к России по Валиесарскому договору, были отданы обратно Швеции. Вслед за этим началась 2-я война с Польшей, продолжавшаяся 8 лет (1658— 1666). Измена малоросс. гетмана И. Выговского и переход его на сторону Польши поставили Россию в трудные условия борьбы, вследствие чего моск. войскам пришлось испытать ряд неудач. Война с Польшей закончилась перемирием в с. Андрусово (30 янв. 1667) на 13 лет. Андрусовский договор, несмотря на свой временный характер, завершил вековую борьбу с Польшей и окончательно утвердил преобладание Москвы. Однако уступка Россией Польше прав. берега Днепра вызвала смуты в Малороссии. Разорванная на 2 части, лишённая справедливого устройства, взбудораженная ещё недавними войнами и потрясениями, Малороссия вдобавок ко всему обуревалась внутр. распрями: посполитые (крестьяне) и мещане (городские жители) добивались одного, казаки стремились к другому. Этими противоречиями воспользовались различные мелкие честолюбцы, помышлявшие лишь о своих личных выгодах. Так, войсковой писарь Брюховецкий, интригами добившийся гетманской булавы, хотел заручиться поддержкой А. М. и в 1665 прибыл в Москву, чтобы просить царя принять Малороссию в полное подданство, собирать доходы прямо в гос. казну, послать воевод с полками во все укр. города, поставить в Киев митрополита, зависимого от патриарха Московского и всея Руси, а не Константинопольского (как это было прежде). Москву такое положение дел вполне устраивало: государь милостиво хвалил Брюховецкого за его преданность, пожаловал его в бояре, а старшин, приехавших с ним,— в дворяне и одарил всех богатыми подарками. Желания Брюховецкого были исполнены, кроме просьбы о митрополите: А. М. не хотел идти на это без согласия константинопол. патриарха. Казалось, все были довольны, на деле же всё вышло наоборот. Если сёла и города Малороссии радовались переходу под руку моск. царя и даже говорили казацким старшинам: «Теперь нас Бог избавил от вас,— не станете вперед грабить и разорять нас», то казаки, особенно их старшины, никак не могли смириться с тем, что с переходом под власть цар. воевод лишались своих вольностей, прав, да и самого существования, справедливо опасаясь, что моск. пр-во приберёт их к рукам. Когда моск. воеводы стали слишком ревностно устанавливать на Украине моск. порядки, особенно после того, как в Запорожье убили моск. посла, ехавшаго в Крым, недовольство в Малороссии стало принимать угрожающие размеры. Гетмана пугали слухи, что большое моск. войско движется в Малороссию, что царь хочет отдать её Польше и т. д. «Жестокий в счастье, малодушный в беде», Брюховецкий решил поправить дело изменой царю. Надеясь присоединить к своим владениям и зап. часть Малороссии, где в то время гетманом был Дорошенко, он задумал присягнуть тур. султану. Но для этого ему потребовалось избавиться от моск. воевод, сидевших по малоросс. городам с сильными воинск. отрядами. И вот в нач. 1668 была собрана рада в г. Гадяч, на к-рой было решено отступить от Москвы, признать власть Турции, призвать на помощь крым. татар и вытеснить из городов моск. воевод. Эта измена привела к трагедии: 120 великоруссов пали под ножами убийц; нек-рые воеводы погибли, защищаясь в городах, другие были захвачены в плен и превращены в невольников. Многим, правда, удалось спастись. Вероломство не пошло впрок Брюховецкому: его жестокость и несправедливость вывели из терпения даже поддерживавших его поначалу казаков, и они буквально растерзали его, когда несостоявшийся боярин шёл на свидание с Дорошенко. После этого вся Малороссия попала под власть этого гетмана. Он собрал всенародную раду и спросил, что делать — мириться с Москвой, отдаваться польск. королю или султану. О Польше народ и слышать не хотел, а после содеянного с моск. воеводами боялся гнева царя. Решили присягать Турции. После непродолжительных, но весьма удачных действий против моск. войск Дорошенко ушёл в зап. часть Малороссии, а на востоке оставил наказным атаманом Д. Многогрешного. Последний завёл сношения с Москвой, настаивая на том, чтобы все моск. воеводы оставили Малороссию, где будет восстановлено самоуправление. В 1669 Многогрешный на раде в Глухове был избран гетманом. С согласия А. М. было решено лишь в 5 городах Левобережья оставить моск. воевод с гарнизонами (в Киеве, Переяславле, Нежине, Чернигове и Остроге), а сбор доходов и управление были такими же, как при Б. Хмельницком; кол-во казаков не должно было превышать 30 тыс.; резиденцией гетмана стал г. Батурин. Через 2 года старшины схватили Многогрешного и в оковах отправили в Москву, обвинив в стремлении присягнуть султану. Свергнутого гетмана отправили вместе с семьёй в Сибирь, а вместо него выбрали И. Самойловича. В это время Дорошенко тщетно пытался спасти Малороссию от усобиц и распада на уделы: он сносился с Москвой, просил принять под своё покровительство и западную, Правобережную, Украину на тех же условиях, на каких была принята Малороссия при Б. Хмельницком. Но эти старания ни к чему не привели: во-первых, А. М. хорошо запомнил измену Брюховецкого, а во-вторых, Москве тогда было совсем не до Малороссииы, да и с Польшей царь не хотел новой войны. Тогда Дорошенко обратился к султану с просьбой принять Малороссиюу в подданство на тех же условиях, на каких подчинились ему Молдавия и Валахия. Мехмет IV решил подчинить себе и Малороссию, чем нарушил притязания и Польши, и Москвы... В результате этого в 1672 началась война России и Польши с Турцией, и тур. войска вторглись в пределы Украины. Дорошенко и крым. хан соединились с султаном. Турки завладели польск. городом Каменец и отдали местную православ. святыню на поругание своим солдатам: иконами мостили улицы, церкви обратили в мечети... В Москве были в тревоге. А. М. созвал собор, куда пригласил, кроме членов Думы, духовенство. Было решено собирать большое войско, и царь готовился возглавить этот поход против турок и их союзников на Украине, но тут пришло известие, что польск. кор. Михаил Вишневецкий заключил с турками мир, по крому отдал под власть султана всех казаков, крепость Каменец и обязался платить ежегодную дань. Однако сейм не утвердил унизительного договора, и война продолжилась. В этой войне особенно отличился коронный гетман Ян Собеский, и когда умер Михаил (1673), он был избран в короли под именем Яна III. Его противники в Польше предлагали А. М. избрать на польск. престол сына Фёдора, но царь хотел надеть польск. корону на себя; поляки же не представляли себе своего короля не католиком. Между тем в кон. 1673 и в 1674 моск. рать добилась существенных успехов в военных действиях против Дорошенко и татар; часть Юж. Руси на прав. берегу Днепра перешла в руки Москвы. Дорошенко, опасавшийся за свою жизнь в случае сдачи в плен Самойловичу, снова призвал на помощь турок. В августе 1674 тур. войско и тат. конница прошли по Малороссии, страшно опустошив её и беспощадно истребив десятки тысяч жителей от мала до велика. Эта «турецкая помощь» окончательно подорвала влияние и авторитет гетмана Дорошенко в глазах народа, остатки к-рого толпами стали переселяться на лев. берег Днепра. Дорошенко начал усиленно добиваться, чтобы А. М. принял его с зап. частью Малороссии в своё подданство. Смуты в Юж. Руси продолжались до самой смерти А. М., и уже его преемникам пришлось окончательно решать её проблемы. Присоединение Малороссии привело русских к столкновению с новым врагом — Османской империей. Противостояние могущественной Турции вынудило Москву искать союзников прежде всего на Западе. Тем более что страны Центр. и Зап. Европы, опасаясь тур. экспансии, желали установления военно-политич. союза с огромной державой на востоке Европы. Усилившиеся сношения с Зап. Европой всё больше знакомили моск. людей с европ. порядками и культурой. То и дело совершался въезд иноземных послов в Москву, царь и сам довольно часто отправлял посольства в разные страны: в Италию, Францию, Испанию, пытался установить с ними дружественные и союзнические отношения. Следствием этого в обществ. мысли в царствование А. М. начали выделяться 2 направления: западническое, шедшее навстречу греч. и киев.-польск. науке и зап. культуре, и национально-консервативное, направленное против реформ как в церк. сфере, так и в гражданской, и одинаково враждебно относившееся и к грекам, и к немцам, как к иноземному, чуждому элементу. А. М. стоял между западниками и старозаветными людьми: в своих обществ. симпатиях он был передовым человеком своего времени, но в то же время, не подвергаясь влиянию иноземцев, оставался чисто русским и православным, не проводил новых идей в обществе и не примыкал ни к одной из группировок. Что касается Востока, то грузинские дела, торговля, Сев. Кавказ и большие планы Ордина- Нащокина побудили А. М. завязать постоянные отношения с Ираном, обмениваться посольствами с шахом. В 1675 были отправлены послы в Индию и Китай. В далёкой Сибири русские продвигались всё дальше на восток и, наконец, достигли границ Поднебесной. На Амуре начались ожесточённые столкновения с войсками императора. Чтобы установить границу между двумя государствами и заключить мирный договор о владениях, было послано посольство, к-рое, правда, закончилось крайне неудачно, и потому посланник Байков привёз царю весьма отрицательные оценки китайцев: «Таких лукавых людей на всем свете нет, и нигде не найдешь таких воров: если не поберечься, то и пуговицы у платья обрежут». Китайцы, видимо, тоже опасались новых соседей, этих русских «искателей землицы», которые с ружьями в руках непостижимо быстро осваивали огромные пространства Сибири и Дальнего Востока. Небольшими отрядами рус. удальцы (большей частью купеч. приказчики, казаки и бывшие холопы) разведывали новые пути, ставили новые земли под власть царя, заставляя полудиких туземцев платить ему ясак (подать) драгоценными мехами, «рыбьим зубом» и т. п. Находя удобные и выгодные места, они устраивали на них остроги и небольшие крепости, куда затем приходили головы или даже воеводы с пушками, чтобы держать в повиновении объясаченное население. Таким образом возникали один за другим сиб. города. Рус. первопроходцы часто восхищали своим мужеством и упорством, с к-рыми они шли к своей цели: в страшную стужу пробирались они небольшими отрядами (в сотню, иногда в несколько десятков человек) по неизведанным снежным пустыням, таща на себе тяж. оружие, различные припасы, иногда даже лодки, постоянно подвергаясь опасности погибнуть от холода, голода или нападений аборигенов. «Невзирая на все эти препятствия, шли они вперед, разведывая новые земли и реки, откуда они текут, куда впадают, живут ли там люди и как живут, чем питаются, какие звери и рыбы у них водятся». Конечно, этих людей влекла в эти далёкие и опасные путешествия не романтика и любознательность. На первом месте тут была нажива, корысть: прослышат, что есть гдето на краю света такая земля, где соболей и черно-бурых лисиц видимо-невидимо, а туземцы, не зная им цены, отдают за горсть стекляшек, железный нож или наконечник стрелы, или узнают, что в далёких горах находят много серебра, и идут добывать эти благодатные «землицы». Движение этих открывателей новых земель было беспрерывно в царствование Михаила Фёдоровича и А. М. Наконец, они добрались до сев. берегов Сибири, до Охотского моря, а на юге — до Байкала и до китайской границы. Как ни малочисленны были отряды русских «охочих людей » и казаков, они всё-таки почти всегда побеждали полудиких туземцев, живших небольшими поселениями или кочевавших маленькими группами, насчитывавшими несколько семей. Огнестрельное oрyжиe давало русским преимущество перед сибиряками, вооружёнными лишь копьями и луками со стрелами. Большой прирост владений, столкновения с соседями, сношения с разными отдал ёнными странами, внутр. смуты, церковные и народные,— всё это крайне усложняло для А. М. управление страной. Добродушный, податливый, близко принимавший все к сердцу, он от всей души хотел блага своему народу, но именно из-за своей мягкости и уступчивости легко подпадал под влияние близких лиц, среди которых мало было таких государственников, как Ордин-Нащокин или Матвеев. Это и стало несчастьем А. М. Много ему пришлось вынести огорчений именно потому, что он был слишком впечатлительным, податливым и доверчивым — чего стоит лишь дело Никона. Иностранцы, которые знали царя, не могли нахвалиться его мягкой, человечной природой; ему было тяжело видеть рядом с собой грустное лицо; во многих его письмах прямо-таки сквозят сердечность, доброта и теплое участие к приближённым к нему боярам. Наружность А. М., по описанию современников, вполне соответствовала его нраву. Белолицый, румяный, темнорусый, с красивой бородой, он всегда имел приветливый, добродушный вид. А. М. был крепко сложён, но начал преждевременно тучнеть, несмотря на очень деятельную жизнь. Любимым его летним местопребыванием было подмосковное с. Коломенское. Здесь среди живописной природы А. М. велел выстроить себе большой деревянный дворец — замечательный образчик др.-рус. зодчества со всей его затейливостью и своеобразностью. «Современники-иностранцы говорили также о прекрасных дарованиях царя и сожалели, что он не был научно образован; однако он прочел все, что только можно было прочесть на славянском и русском языках; даже у него у самого явилась охота писать: он любил писать длинные письма, где высказывалась его способность живо подметить и картинно выражать свои мысли и чувства. Немало осталось от него записок и заметок, даже несколько описаний выступления в поход войска, отпуска воевод из Москвы, речей, которые говорились при этом и пр. Добродушие и мягкость Алексея Михайловича не мешали ему иметь такое же высокое понятие о своей власти, какое имел Иван Грозный; но замечательно, что при этом, даже несмотря на свою вспыльчивость, царь Алексей ни разу не совершил никакой жестокости. Бывали случаи, что в сердцах он собственноручно расправлялся: так однажды его тесть — боярин Милославский — вывел его из терпении своим хвастовством в Боярской думе, и царь, не выносивший пустой похвальбы, сгоряча надрал ему бороду и вытолкал за двери... Но дальнейших последствий это для Милославского не имело. (Не следует также забывать, что нравы русских в XVII веке были так еще грубы, что в побоях бояре не видели даже большой личной обиды для себя). Иностранцы с удивлением замечают, что царя Алексея, несмотря на его неограниченное могущество и на раболепство и угодливость окружающих, нельзя упрекнуть даже в какой- либо крупной несправедливости. Простое, так сказать отеческое, обхождение всемогущего царя с подданными поражало иноземцев, которым не приходилось видеть уже ничего подобного на Западе, где значительные государи в конце XVII столетия начинали держаться на недосягаемой высоте для подданных, подобно французскому королю Людовику XIV. Царь Алексей умер, далеко не доживши до старости; ему было всего 47 лет, когда постигла его смерть. Чрезмерная тучность ускорила ее; в январе 1676 почувствовал он упадок сил, и благословил сына Феодора на царство, а малолетнего царевича Петра поручил деду его Кириллу Нарышкину и еще нескольким боярам; велел выпустить из тюрем заключенных, вернуть из ссылки сосланных, простить все казенные долги, затем причастился, соборовался и спокойно ожидал кончины. На другой день, 19 января, в 9 часов вечера раздался протяжный, унылый звон колокола в Успенском соборе, и народ узнал о кончине своего “тишайшего” царя, самого добродушного из всех московских государей ».

А. М. был дважды женат:

1) на Марии Ильиничне Милославской, в браке с к-рой имел детей: Дмитрия (*1649 окт., +1651 окт.), Евдокию (*1650 февр., +1712 март), Марфу (*1652 авг.,+ 1707 июль), Алексея (*1654 февр., +1670 янв.), Анну (*1655 янв., +1659 май), Софью (*1657 сент., +1704 июль), Екатерину (*1658 нояб., +1718 май), Марию (*1660 янв., +1723 март), Фёдора (*1661 май, +1682 апр.), Феодосию (*1662 май, +1713 дек.), Семёна (*1665 апр., +1669 июнь), Ивана (*1666 авг., +1696 янв.), Евдокию (*1669 февр., +1669 февр.);

2) на Наталье Кирилловне Нарышкиной, от которой имел детей: Петра (*1672 май, +1725 янв.), Наталью (*1673 авг., +1716 июнь), Фёдора (*1674 сент., +1678 нояб.).

Владимир Богуславский

Материал из кн.: "Славянская энциклопедия. XVII век". М., ОЛМА-ПРЕСС. 2004.

Славянская энциклопедия


АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ Романов Царь всея Руси в 1645 - 1676 гг. Сын царя Михаила Федоровича и царицы Евдокии Лукьяновны. Род. 10 марта 1629 г. Вступил на престол 13 июля 1645 г. Короновался 28 сент. 1646 г.

Жены:
1) с 16 января 1648 г. Мария Ильинична Милославская (+ 3 марта 1669 г.):
2) с 22 января 1671 г. Наталья Кирилловна Нарышкина (род. 22 августа 1651 г. + 25 января 1694 г.).

+ 30 января 1676 г.

+ + +

Детство Алексея прошло в тереме Московского дворца. Сообразно обычаю, до пятилетнего возраста он был окружен многочисленным штатом мамок и нянек. С пяти лет его передали на попечение дядьки Бориса Ивановича Морозова. С этого времени стали его учить грамоте по букварю, затем по Часовнику, Псалтыри и Деяниям апостольским; семи лет научили писать, а девяти стали учить церковному пению. Рядом с образованием шли забавы: царевичу покупали игрушки; были у него, между прочим, конь "немецкого дела", были латы, музыкальные инструменты и санки потешные, - словом, все обычные предметы детского развлечения. Но была и любопытная для того времени новинка - "немецкие печатные листы", то есть гравированные в Германии картинки, которыми Морозов пользовался как подспорьем при обучении царевича. Дарили юному Алексею и книги, из них составилась у него библиотека числом в 13 томов. На 14-м году царевича торжественно объявили народу, а 16-ти лет он осиротел (12 июня 1645 года умер царь Михаил Федорович, а 18 августа того же года - царица Евдокия Лукьяновна) и вступил на Московский престол.

Отец Алексея, Михаил Федорович, как известно, занял московский трон в таком же возрасте. Однако царевич отличался от отца большей живостью ума и характера и получил воспитание более сообразное своему положению. Возможно, благодаря этому, личность Алексея гораздо рельефнее запечатлелась в русской истории. И по облику, и по характеру он пошел в своего деда патриарха Филарета, то есть не просто был, но и ощущал себя природным государем. Современники искренне любили Алексея Михайловича. Сама наружность царя сразу говорила в его пользу и влекла к нему. В его живых голубых глазах светилась редкая доброта; взгляд этих глаз, по отзыву современников, никого не пугал, но ободрял и обнадеживал. Лицо государя, полное и румяное, с русой бородой, было благодушно-приветливо и в то же время серьезно и важно, а полная фигура его сохраняла величавую и чинную осанку. Однако царственный вид Алексея Михайловича ни в ком не будил страха: понимали, что не личная гордость царя создала эту осанку, а сознание важности и святости сана, который Бог на него возложил.

Привлекательная внешность отражала в себе, по общему мнению, прекрасную душу. Достоинства Алексея с некоторым восторгом описывали лица, вовсе от него не зависимые, - именно далекие от царя и от Москвы иностранцы. Рейтенфельс писал, что Алексей Михайлович "такой государь, какого желали бы иметь все христианские народы, но не многие имеют". Коллинс ставил Алексея "наряду с добрейшими и мудрейшими государями". Лизек свидетельствовал, что "царь одарен необыкновенными талантами, имеет прекрасные качества и украшен редкими добродетелями", он покорил себе сердца всех своих подданных, "которые столько любят его, сколько и благоговеют перед ним". Мейерберг отмечал, что при неограниченной власти своей в русском обществе, царь Алексей не посягнул ни на чье имущество, ни на чью жизнь, ни на чью честь. Повидимому, Алексей Михайлович всем, кто имел случай его узнать, казался светлой личностью и всех удивлял своими душевными достоинствами и приятностью. Такое впечатление подтверждается, как кажется, и дошедшими до нас письмами самого Алексея. На всех его писаниях лежит яркая печать индивидуальности. Алексей вообще с необыкновенной охотой сам брался за перо или же начинал диктовать свои "мысли дьякам. Кроме обычных писем и писаний, он пробовал сочинять стихи, составил "уложение сокольничья пути", то есть подробный наказ своим сокольникам, оставил записки о польской войне. Весь этот литературный материал замечательно четко рисует нам личность государя и вполне позволяет понять, насколько симпатична и интересна была эта личность. Царь Алексей высказывался очень легко, говорил почти всегда без обычной в те времена риторики, любил поговорить и пофилософствовать. Бросается в глаза его необыкновенная восприимчивость и впечатлительность. Он жадно впитывал в себя впечатления от окружающей его действительности. Он остро переживал до слез и до "мглы душевной" все, что брало его за сердце. При такой восприимчивости бывал он вспыльчив и скор на гнев, несмотря на внешнее добродушие и действительную доброту. Алексей Михайлович по живости духа нередко давал волю своему неудовольствию, гневался, бранился и даже дрался. Нередко доставалось и боярам. В одном из заседаний Думы государь изругал, побил и пинками выгнал из комнаты своего тестя Милославского. Впрочем, Алексей быстро остывал и никогда долго не хранил зла. Кроме того, благодушный царь любил и пошутить, и посмеяться, чему мы тоже находим много примеров. Все эти черты характера Алексея замечаем потом в его сыне Петре 1. Но в отличии от него второй Романов, как кажется, был не способен к каждодневному упорному труду, избегал реальной черновой работы государственного правления.

Алексею пришлось править в очень беспокойное и бурное время, и хотя он получил у современников прозвище Тишайшего, во все время его царствования нельзя найти ни одного года, спокойного от смут и внешних войн. Уже в 1648 году вспыхнуло восстание в столице. Оно отозвалось возмущениями во многих других городах, и это побуждало Алексея обратиться против самих причин недовольства и того, что возбуждало многочисленные жалобы, а именно, против повсеместного злоупотребления сильных людей. 16 июня 1648 года государь советовался с патриархом Иосифом и со всем священным собором и говорил с боярами, окольничими и думными людьми. Решено было собрать, разобрать и переработать в цельный свод действующие законы, до той поры разновременные, несоглашенные, разбросанные по ведомствам, а также нормировать случаи, еще не предусмотренные законами. По завершении предполагалось выработать цельное Уложение и судить на основании этого Уложения всех людей Московского государства, больших и малых, равным судом. В апреле 1649 году работа была завершена. Уложение напечатали и разослали во все московские приказы и по городам в воеводские канцелярии для того, чтобы "всякие дела отныне делать по тому Уложению". Ожидаемого результата эта мера не принесла, хотя несомненно, что новый свод законов до некоторой степени нормализовал и упорядочил государственную жизнь. Но восстания продолжались. Особенно сильными были они на севере, в Новгороде и Пскове, и усмирение их потребовало от Москвы многих усилий.

Затем пошли многолетние внешние войны. 22 февраля 1653 года Боярская Дума решила вопрос о присоединении Украины. Стали приготовляться к польской войне, обещавшей быть долгой и упорной. Весной войска двинулись к границе. 18 мая выступил и сам царь с главными силами. Общему успеху московского оружия способствовало то обстоятельство, что воевали по новому образцу, земли занимали милостиво и дарили царским жалованием. Все, кто не хотел переходить на службу к Алексею Михайловичу, могли беспрепятственно отъезжать в Польшу. Эта снисходительность имела то действие, что не только простой народ, но и шляхта охотно присягали царю. К концу июля сдались Дорогобуж, Невель, Белая, Полоцк, Рославль, Мстиславль, Дрисна и Друя. В августе поляки оставили Оршу, Глубокое, Озерницу, Гомель, Могилев, Чечерск и Пропойск. Одновременно шла осада Смоленска. 16 августа поляки отбили штурм. Однако сил защищать большой город не было. 10 сентября завязались переговоры, а 23-го Смоленск сдался. В 1655 году успехи русской армии продолжились. Взяты были между прочим Минск, Вильно, Ковна, Гродно, Туров и Пинск. Но положение осложнилось, когда в войну вступил шведский король Карл Х Густав. Он быстро овладел всею Великой Польшей, которая признала его королем, взял Варшаву и Краков, а затем посягнул на Литву и Белоруссию, занятые уже русской армией. В мае 1656 года последовало объявление войны Швеции, и 15 мая Алексей уже выступил в новый поход. 5 июня он покинул Полоцк и вошел в Ливонию. Начало похода было удачным - взяли Динабург и Кокенгаузен. 23 августа осадили Ригу. 1 сентября с шести русских батарей началась по городу сильная пальба, не прерывавшаяся ни днем ни ночью. Несмотря на то рижский губернатор граф Магнус Делагарди не сдавал города, а 2 октября шведы ударили по укреплениям осаждавших и нанесли им сильное поражение. Эта неудача, а также осеннее время, восстания крестьян, истреблявших ; русские отряды, высылаемые для 1 кормов, слухи, что сам Карл Х намерен приехать в Ливонию, - все это заставило Алексея прекратить осаду Риги и отступить в Полоцк. Дерпт сдался русским, но этим и кончились приобретения их в Ливонии.

Пока Россия и Швеция заняты были войной друг с другом, польский народ, охваченный национальным воодушевлением, начал упорную войну с захватчиками. Тогда Алексей, желавший удержать хотя бы то, что захвачено было у Польши, начал искать мира с Карлом X. С ноября 1658 года завязались переговоры, а 20 декабря подписано было перемирие на три года, по которому Кокенгаузен и Дерпт оставались в руках России. Но по миру 1661 года эти области отошли обратно Швеции. Таким образом Алексей должен был согласиться на восстановление условий Столбовского договора и завещать решение проблемы выхода к Балтийскому морю своим потомкам.

Ненамного успешнее шла война с Польшей. В октябре 1660 года на Волыни сдалась в плен большая русская армия, которой командовал Василий Борисович Шереметьев. Москва потеряла все лучшие реорганизованные силы. Это были войска новой формации, экипированные и обученные по-европейски, под командованием офицеров-иностранцев. Осенью 1661 года при Кушликах была разбита другая армия под командованием князя Хованского. Из 20 000 ратников спаслось неболее 1000. Потеряны были Гродно, Могилев и сама Вильна. Начиная с 1661 года обе стороны, До предела ослабленные войной, стали искать пути к миру. В январе 1667 года в деревне Андрусово заключено было перемирие, по которому России отошли Смоленск, Дорогобуж, Белая, Невель, Себеж, Красное, Вележ и вся левобережная Украина. На левом берегу Алексей смог удержать за собой один Киев.

Тяжелая внешняя война сопровождалась сильными внутренними смутами И религиозными распрями. Алексей во все годы своей жизни отличался особым религиозным чувством и всегда имел большое участие в церковных делах. В 1646 году он познакомился с Никоном, когда тот приехал в Москву по делам своего монастыря. Молодой государь, пораженный сильным и страстным характером этого человека, не только оставил его при себе, сделав архимандритом Новоспасского монастыря, но и поручил ему прием челобитных на государево имя. Потом он отправил Никона митрополитом в Новгород, но продолжал с ним вести оживленную переписку. В 1651 году Никон возвратился в Москву, и с этого времени его влияние на царя сделалось полным и неоспоримым, После смерти патриарха Иосифа, Никон был избран на его место. Ему царь поручил проведение церковной реформы, о необходимости которой говорили уже давно, но никак не могли собраться с её осуществлением. Участие Никона обещало успех предприятию. Это был человек энергичный, волевой и, кроме того, пользовавшийся полным доверием Алексея. Никон официально именовался великим государем, и царь искал его советов не только в церковных, но и в государственных делах. Но, к несчастью для себя, Никон не принадлежал к числу тех людей, которые умеют останавливаться, не доходя до крайности, и умеренно пользуются своей властью. Уже этим одним он приобрел себе множество врагов. Еще большее негодование он возбудил исправлением церковных книг и той жестокостью, с которой осуществлялась эта реформа.

В конце 1653 или в начале 1654 года во дворце в присутствии царя патриарх держал собор, указал на различия в печатных русских книгах по сравнению с греческими и древними славянскими рукописями и задал вопрос: "Следовать ли новым нашим печатным требникам или греческим и нашим старым?" Большинство отвечало, что необходимо следовать греческим книгам. Собор архиереев в Константинополе подтвердил решение Московского собора. А приехавший в Москву антиохийский патриарх Макарий торжественно объявил в Успенском соборе, что надобно креститься тремя перстами, и проклял тех, кто крестится двумя. Но когда исправленные богослужебные книги дошли до рядовых монахов и попов, то большинство из них пришло в ужас. Кроме того, что двоеперстие заменилось троеперстием, все богослужебные чины стали короче, причем оказались выброшены многие песнопения и формулы, которым придавался особенный магический характер. Литургия вся была переделана. Хождение на крестных ходах установлено было против солнца. Имя Исус было исправлено в Иисус. Подвергся правке даже текст Символа веры. В то время, когда обрядовой стороне религии придавалось огромное значение, такая правка не могла показаться пустым делом. Многие пришли к убеждению, что прежнюю православную веру пытаются заменить другой. Новые книги отказывались принимать к действию и служили по старым. Тогда Никон обрушил на ослушников жестокие репрессии. Со всех сторон в Москву пошли жалобы на своеволие и лютость патриарха. Но и возле царя было много недругов Никона, которые твердили, что царской власти уже не слыхать, что посланцев патриарших боятся больше, чем царских, что великий государь патриарх не довольствуется уже равенством власти с великим государем царем, но стремится превысить ее, вступает во все царские дела, памяти указные в приказы от себя посылает, дела всякие без повеления государева из приказов берет, многих людей обижает. Все эти обвинения были справедливы. По мягкости характера Алексей долго не решался на прямое объяснение с патриархом. Однако на смену прежней дружбы пришли натянутость и холодность. В июле 1658 года Алексей велел передать Никону, чтоб он больше не писался великим государем. В ответ Никон, бросив свой престол, уехал в основанный им Новоиерусалимский монастырь. Может быть, он. ожидал, что Алексей в память прежней дружбы станет его уговаривать остаться, но этого не произошло. Началась долгая переписка между двумя бывшими друзьями, которая их окончательно поссорила. Никон, хотя и отрекся всенародно от патриаршества, теперь говорил, что оставил только святительский престол в Москве и московским больше зваться не будет, но патриаршества не оставлял и не оставит. Алексей посылал уговаривать его переменить это решение, но безрезультатно. В феврале 1660 года был созван духовный собор русских архиереев, который и свел Никона с патриаршества. Но Алексей медлил закончить дело, опять же выяснилось, что собор не имел силы лишить Никона архиерейства и священства. Только в декабре 1660 года, когда в Москву приехал патриарх Антиохийский Макарий, а также недавно смещенный патриарх Александрийский Паисий, решение вопроса отдали на их суд. На этом суде, отказавшись от всяких посредников, Алексей лично выступил с обвинениями против Никона. После долгих препирательств патриархи приговорили, что Никон должен быть лишен патриаршества и священства и быть отныне простым монахом. Местом заточения для него назначен был Ферапонтов Белозерский монастырь.

Избавившись от Никона, не отказались от реформы им проводимой. Собор 1666 года признал православными всех греческих патриархов и все греческие богослужебные книги. Новоисправленные книги и новые обряды должны были быть приняты беспрекословно всею русской церковью. Ревнители "старой веры" подвергались отлучению от церкви, объявлялись еретиками и раскольниками, но это мало помогало. Староверы очень скоро нашли поддержку в народе. Вокруг раскольников стали собираться многие из тех, кто недоволен был сложившимися в России государственными порядками. Так религиозное по своей природе движение приняло очень быстро социальный характер. Недаром Московское государство увидало в раскольниках своих злейших врагов, и борьба с ними оставалась чуть ли не главным явлением русской национальной жизни до конца XVII века. В 1667 году раскольники подняли восстание в Соловецком монастыре, осада которого затянулась на многие годы. Алексей не мог послать больших сил на Белое море, так как в 1669 году на Волге началось мощное восстание Степана Разина, подавленное с большим трудом только на третий год.

Одновременно на Украине поднял возмущение Брюховецкий, а с 1672 года приходилось еще держать войска на юге в ожидании турецкого нашествия. Остается только удивляться, как смогла Россия, разоренная длительной Польской войной и недавней смутой, выдерживать эти новые удары. А ведь кроме всего описанного в царствование Алексея как-то незаметно была присоединена к России и вся огромная Сибирь до берегов Тихого океана и границ Китая.

В конце жизни Алексея Михайловича к бедствиям государственным прибавились еще огорчения семейные. От первого брака с Милославской царь имел шесть дочерей и пять сыновей. Новее сыновья отличались болезненностью. В 1651 году умер старший из них - Дмитрий. После этого наследником объявлен был царевич Алексей, родившийся в 1654 году. Одним из воспитателей его был Ртищев. Царевич считался примерным учеником, наделенным исключительными дарованиями. Преждевременно развившийся, слишком серьезный для своего возраста, он с десяти лет совершенно не интересовался игрушками, привезенными из Германии, и предпочитал им чтение. В 12 лет он в совершенстве владел латынью, сочинял стихи, читал классиков и изучал философию. Говорят, что спальня царевича загромождена была иконами и физическими приборами. В 13 лет Алексей, выставленный кандидатом на польский трон, произнес перед польскими послами речь наполовину по-латыни, наполовину по-польски. К несчастью, он не дожил до 16 лет.

В марте 1669 года умерла царица Марья Ильинична; за нею в том же году последовал третий царевич - Семен. 22 января 1672 года Алексей Михайлович женился вторично - на Наталье Кирилловне Нарышкиной, воспитаннице думного дворянина Артамона Сергеевича Матвеева. В том же году она родила ему сына Петра, а в 1674 году Алексей объявил своим наследником четвертого сына от первого брака - Федора. Через год с небольшим после этого в январе 1676 года сам Алексей Михайлович скончался в возрасте всего 47 лет. Одной из причин его раннего одряхления считали чрезмерную тучность. Несмотря на деятельную жизнь, страстную любовь к охоте и ревностное исполнение постов, Алексей Михайлович к концу жизни даже по московским меркам считался очень дородным.

Все монархи мира. Россия. 600 кратких жизнеописаний. Константин Рыжов. Москва, 1999 г.


АЛЕКСЕЙ МИХАЙЛОВИЧ (1629, Москва - 1676, там же) - рус. царь с 1645. Сын царя Михаила Федоровича и Евдокии Стрешневой. В шесть лет стал проходить полный курс древнерусского "словесного учения" (букварь, Часослов, Псалтирь, "Деяния апостолов". Октоих - нотная богослужебная книга и церковные песнопения). У Алексейябыла своя библиотека, состоящая из 13 томов, где были богослужебные и светские книги. С 1642 сопровождал отца при торжественных выходах, а после почти одновременной смерти родителей вступил на престол. Большое влияние на А. оказывал Б. И. Морозов, к-рый и подыскал ему невесту - дочь бедного дворянина М.И. Милославскую. С ней Алексей был счастлив, имел 13 детей, среди них будущие цари Федор, Иван и царевна Софья. Впервые со сложностями гос. управления Алексей столкнулся в 1648, когда он не растерялся в непростой обстановке, возникшей в результате волнений в Москве (Соляной бунт): стрельцов угощали вином и медом, Алексей обещал и "к Спасову образу прикладывался", что заменит людей, творивших бесчинства его именем, на честных. Необходимость изменений в деле суда и законодательства заставила правительство Алексея приступить к реформам. Созванный Земский собор принял Соборное уложение 1649 - кодекс законодательных норм гос-ва. Были отменены урочные лета для сыска беглых, закреплено посадское население, запрещено духовенству приобретать вотчины, церковная власть была поставлена в подчинение светской, в чем Алексей разошелся с Никоном. Алексей постепенно уменьшал роль Боярской думы и боролся с местничеством. Им был учрежден Приказ тайных дел, "чтобы его царская мысль и дела исполнялись по его хотению, а бояре б и думные люди о том ни о чем не ведали". Алексей сам читал челобитные, составлял письма, писал и редактировал гос. указы. Его деятельность сыграла значительную роль в период оформления и усиления абсолютизма. Алексей принял титул "Царь, Государь, Великий Князь и всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец". Усиливая свою власть, он, в отличие от Ивана Грозного, использовал ее не для произвола. Знаток церковной лит-ры, обрядности, глубоко верующий, он заботился о своей душе, и это во многом определяло его поступки. Образцово соблюдал пост, молился, в гневе был отходчив и час-то проводил время в кругу семьи. Алексей был рачительный хозяин, вникавший в жизнь своих подмосковных вотчин. Доходы дома Романовых при нем выросли втрое. Наряду с этим Алексей поражал современников пышной роскошью приемов, величавостью, спокойствием, неспешностью решений и получил прозвище "Тишайший". Когда в 1669 умерла его супруга, Алексей женился на Н.К. Нарышкиной, от к-рой имел двух дочерей и сына Петра. Проводил активную внешнюю политику: успешно воевал с Речью Посполитой в 1654 - 1657, в результате чего в 1654 произошло воссоединение Украины с Россией, вел борьбу за безопасность южных границ России. Неудачей закончилась рус.-шведская война 1656 - 1658, и Россия не получила выход к Балтийскому морю. При Алексейе были созданы новые рейтарские полки, где служили пожизненно. Все нововведения Алексея проходили без грубой ломки существующих порядков, путем компромисса. Почувствовав приближение смерти, благословил на царство сына Федора и приказал выпустить из тюрьмы всех узников, освободить всех сосланных и простить долги.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997 г.


Годы жизни - (19.03.1629 - 29.01.1676+)

Родители : Михаил Федорович Романов (1596-1645+), Евдокия Стрешнева;

Дети :
1.Мария Ильинична Милославская (1626-2.03.1669+), дочь боярина Ильи Даниловича Милославского (ум.1668), возглавлявшего русское правительство после Московского восстания 1648 года =>

  • Дмитрий (1649-1651+);

  • Евдокия (1650 - 1712+);
    В 1698 году уличена была если не в участии, то в сочувствии замыслам Софии, почему и подверглась некоторым стеснениям.

  • Марфа (1652-1707+);
    В октябре 1698 г. сослана в Успенский девичий монастырь (Александрова слобода), где была пострижена с именем Маргариты.

  • Алексей (1654-1670+);
    По отзывам современников (русских и иностранцев) отличался большими способностями и любознательностью. Образование в духе возраставшего западного влияния получил под руководством Симеона Полоцкого и А.С.Матвеева. В 1655 - 56 годах, в отсутствие царя, некоторые грамоты писались от имени царевича Алексея Алексеевича. Одно время была мысль о кандидатуре его на польский престол; ей сочувствовала жена Яна-Казимира, желавшая выдать за Алексея свою племянницу. Умер Алексей внезапно (17.01.1670), его преждевременной кончиной воспользовался Степан Разин, распустивший слух, что царевич не умер, а бежал от жестокости царя и происков бояр на Волгу и идет с войском на Москву, чтобы восстановить справедливость.

  • Анна (1655-1659+);

  • Софья (1658-1704+), Правительница России 1682-1689 годах. Фактически власть в это время принадлежала ее фавориту, князю Василию Васильевичу Голицыну (1643-1714);

  • Екатерина (1658-1718+);
    Она одна, держась в стороне от политических событий своего времени, не испытала на себе гнева Петра I. Была восприемницей при крещении Екатерины I.

  • Мария (1660-1723+);

  • Федор (1661-1682+);

  • Феодосия (1662-1713+);

  • Симеон (1663-1669+);
    В 70-х годах XVII века в Запорожье и на Дону действовал Лже-Симеон, прикрывавшийся именем умершего царевича.

  • Иван V (1666-1696+);

  • Евдокия (1669-1669+), умерла вскоре после рождения;

2. Наталья Кирилловна Нарышкина (26.08.1651 - 25.01.1694+) =>

  • Петр (1672-1725+);

  • Наталья (1673-1716+);
    Младшая, любимая сестра Петра I. Охотно участвуя в забавах своего брата, Наталья Алексеевна особенно пристрастилась к театральным представлениям. Она сама сочиняла комедийные действия и была как бы режиссером придворного театра. В селе Преображенском она устроила (1707) в своем дворце домашний театр; туда, по ее желанию, перевезено было все "уборство" из "комедийной храмины", прежде помещавшейся на Красной площади в Москве. По сообщению графа Бассевича ("Записки о России при Петре Великом"), она сочинила две пьесы. Ее авторству приписываются: "Комедия о святой Екатерине", "Хрисанф и Дария", "Цезарь Оттон", "Святая Евдокия". Около 1710 г. царевна переселилась в Санкт-Петербург и здесь также устроила общедоступный и бесплатный театр.

  • Феодора (1674-1678+);

Основные моменты жизни

Русский царь (1645-1676);

В правление Алексея Михайловича усилилась центральная власть и оформилось крепостное право (Соборное уложение 1649г.); воссоединена с Русским государством Украина (1654), возвращены Смоленск, Северская земля и др.; подавлены восстания в Москве, Новгороде, Пскове (1648, 1650, 1662 гг.) и Крестьянская война 1670-71 гг; произошел раскол русской церкви.

Прослыв "тишайшим" царем в "бунташный" век, Алексей Михайлович, согласно историографической традиции, не был деятельным государем, степень его участия в принятии важнейших политических решений историкам достоверно не известна, хотя за время его царствования в России произошли события, имевшие долговременное влияние на русскую историю.

Начало царствования. Соборное Уложение

В первые годы царствования Алексея Михайловича властью фактически распоряжался боярин Б.И.Морозов ("дядька", воспитатель царя). В 1646 были введены пошлины на соль, в результате продукты поднялись в цене, стали недоступными населению, а у торговцев гнил залежавшийся товар. В 1647 налог отменили, но, дабы возместить потери, решили сократить жалованье служилым людям. Это вызвало Соляной бунт 1648 г., во время которого погибли родственники царя Л.С.Плещеев и П.Т.Траханиотов, а Морозов чудом остался жив. Правительство вынуждено было пойти на уступки, взимание недоимок было прекращено.

Во исполнение пожеланий дворянства и торговых людей в сентябре 1649г. Земский собор утвердил свод законов — Уложение, подготовленное комиссией князя Н. И. Одоевского, как считается, при участии Алексея Михайловича. Уложение, представлявшее собой новый для России уровень законодательной практики, включало специальные статьи, регулировавшие правовое положение отдельных социальных групп населения. Был увеличен поместный оклад служилых людей, введены дополнительные наделы оскудевшим помещикам. Крепостное состояние крестьян по Уложению утверждалось наследственным, срок сыска беглых крестьян — бессрочным. Таким образом, был завершен процесс законодательного оформления крепостного права. Насильное обращение крестьян в холопов было запрещено. Удовлетворены были требования и посадских людей, недовольных существованием «белых» слобод, т. к. они включались в тягло, что облегчало жизнь посада в целом.

Уложение закрепило понятие государственного преступления, каковым считались измена, заговор против государя и преступный умысел на «государьское здоровье». Отдельные правовые нормы Соборного Уложения 1649 продолжали действовать до начала XIX века.

Усиление самовластья

При Алексее Михайловиче продолжалось укрепление самодержавной, ничем не ограниченной власти царя, во второй половине XVII в. земские соборы не созывались, зато достигла расцвета приказная система управления, интенсивно шел процесс его бюрократизации. Особую роль играл учрежденный в 1654 году Тайный приказ, подчиненный непосредственно Алексею Михайловичу и позволявший ему руководить другими центральными и местными учреждениями.

Важные изменения происходили в социальной сфере: шел процесс сближения поместья и вотчины, началось разложение системы "служилого города". Правительство Алексея Михайловича поддерживало интересы российского купечества, Таможенный (1653) и Новоторговый (1667) Уставы защищали купцов от иностранных конкурентов. Отражением новых тенденций в русской жизни стало приглашение на службу в Россию иностранных специалистов, создание полков «иноземного строя».

Реформы Алексея Михайловича

Во второй половине XVII в. начинается трансформация всей системы русской традиционной культуры, возникает светская литература, в т. ч. поэзия, зарождается светская живопись, при дворе устраиваются первые «комедийные действа». Кризис традиционализма охватывает и сферу идеологии.

Алексей Михайлович — один из инициаторов церковной реформы, проводимой с 1652 года патриархом Никоном. В 1666-67 годах церковный собор проклял «староверие» и обязал «градские власти» сжигать всякого, кто "возложит хулу на Господа Бога". Несмотря на личные симпатии к протопопу Аввакуму, Алексей Михайлович занял бескомпромиссную позицию в борьбе со старообрядчеством: в 1676г. была разгромлена староверческая цитадель — Соловецкий монастырь. Непомерное честолюбие патриарха Никона и его откровенные притязания на светскую власть привели к конфликту с царем, закончившегося низложением Никона.

Проявлениями кризиса в социальной сфере стали жестоко подавленный Алексеем Михайловичем бунт в Москве 1662г. и казачье восстание под предводительством Степана Разина, с трудом подавленное правительством.

Алексей Михайлович сам участвовал во внешнеполитических переговорах и военных походах (1654-1656).

Освободительное движение на Украине в конце 40-х годов возглавил Богдан Хмельницкий. В ходе военных действий против Польши Хмельницкий вел переговоры с Москвой, прося принять Украину в русское подданство. Только так можно было избежать опасности полного поглощения Украины Польшей или Турцией.

В феврале 1651 года на Земском соборе в Москве было заявлено о готовности принять Украину в русское подданство. 1 октября 1653 года Земский собор принял решение присоединить Украину к России и объявить войну Польше. 8 января 1654 года в Переяславле собралась большая Рада, которая решила принять подданство России.

Война России и Польши 1654-1667 годов вскоре приобрела общеевропейское значение. В нее оказались втянутыми Швеция, Османская империя и зависимые от нее государства - Молдавия и Крым.

Вначале русские войска достигли большого успеха, заняли Смоленск, Витебск, Минск, Ковно, а на Украине совместно с отрядами Богдана Хмельницкого освободили западноукраинские земли вплоть до Львова.

Но тут в войну вступила Швеция, которая в короткий срок оккупировала значительную часть Польши. В этих условиях Россия заключила перемирие с Польшей и начала войну со Швецией (1656-1658гг). Целью России была не только защита завоеваний на Украине и в Белоруссии, но и борьба за выход к Балтийскому морю. Русские войска пробились к Риге и начали ее осаду. Русско-шведская война дала возможность Польше оправиться от поражения и вытеснить шведов со своей территории. И Польша, и Россия заключили мир со Швецией и начали между собой затяжную войну за Украину.

В 1667 году было заключено Андрусовское перемирие на тринадцать с половиной лет, по которому за Россией закреплялся Смоленск и Левобережная Украина. Киев переходил к России на 2 года.

В 1686 году был заключен мир, подтвердивший условия Андрусовского перемирия. Киев остался за Россией.

Человек переходного времени, Алексей Михайлович был достаточно образован, первым из русских царей нарушил традицию и стал собственноручно подписывать документы. Ему приписывается и ряд литературных сочинений, в т. ч. "Послание на Соловки", "Повесть о преставлении патриарха Иосифа", "Урядник сокольничья пути" и др.

Материал с сайта

ОТ РУСИ ДРЕВНЕЙ ДО ИМПЕРИИ РОССИЙСКОЙ


Литература:

Сорокин Ю.А. Алексей Михайлович // Вопросы истории. 1992. N 4 - 5.

Бахревский В.А. Тишайший.

Далее читайте:

Россия в XVII веке (хронологическая таблица).

Фрагмент Сочинений Григория Котошихин, в котором последний описывает Алексея Михайловича и его правление.

Грамота царя Алексея Михайловича к королю Великобритании Чарлзу II (Карлу II), посланная с П. Гордоном.

Ваняшина Д.И. Царь Алексей Михайлович Тишайший в его переписке. (Конкурс "Наследие предков - молодым").

Персоналии:

Алексей Алексеевич (1654-1670), царевич, 2-й сын царя Алексея Михайловича.

Бредихин Мартемьян, думный дьяк, посланник Алексея Михайловича к гетману Б.Хмельницкому.

Иванов Алмаз (Ерофей) Иванович (?-1669), деятель в правительстве царя Алексея Михайловича.

Кикин Василий Петрович, стольник, воевода и посол в XVII в.

Милославская Мария Ильинична (1626-1669), первая жена царя Алексея Михайловича.

Милославский Иван Богданович (?-1681), боярин, двоюродный брат царицы Марии.

Милославский Иван Михайлович (?-1685), окольничий.

Милославский Илья Данилович (1595-1668), сын курского воеводы.

Наталья Алексеевна (1673-1716), дочь царя Алексея Михайловича.

Наталья Кирилловна, царица - жена царя Алексея Михайловича (Тишайшего).

Хилков Иван Андреевич, князь, меньшой боярин и воевода.

Хитрово Богдан-Иов Матвеевич (1615 -1680), ближайший боярин царя Алексея Михайловича.

Хмельницкий Богдан (Зиновий) (ок. 1595-6.08.1657), русский государственный деятель, полководец, гетман Малороссии.

 

 


ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС