Полетаев Николай Гаврилович

1889-1935

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ

ФОРУМ ХРОНОСА

НОВОСТИ ХРОНОСА

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:

РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ

ПРАВИТЕЛИ МИРА

ВОЙНА 1812 ГОДА

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ

СЛАВЯНСТВО

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

АПСУАРА

РУССКОЕ ПОЛЕ

Николай Гаврилович Полетаев

Николай Полетаев. 1920 год.

Зелинский К.Л.

Настоящий поэт трудовой бедноты

Идейно более целен и поэтически значителен [чем Василий Александровский] Николай Полетаев, автор трех книжек стихов, изданных в описываемые нами годы: «Стихи» — 1919 г., «Песня о соловьях» — 1921 г. и «Сломанные заборы» — 1923 г. Господствующее впечатление, которое осталось у меня от встреч с Полетаевым,— это его застенчивая скромность, переходящая даже в какую-то робость. Вот он стоит передо мной, слегка сутуловатый, в черном пиджаке, который по рабочей привычке он любил надевать на косоворотку, длинное лицо, чуть впалые щеки. Помню, собирали писательские автобиографии для какого-то сборника и Полетаев писал о себе, что мать его — сиделка Старой Екатерининской больницы в Москве. Окончил Торговую школу. Работал мелким конторщиком. Жил в подвале. «Событий в жизни никаких не было: нужда, тоска, стремление к чему-то лучшему, и больше ничего. Очень много читал. Это, кажется, самое лучшее в моей жизни. Много пил. Это уже скверно. Это, очевидно, наследственное. Плохого людям старался ничего не делать. Хорошего — не было возможности» 1.

Полетаев — настоящий поэт трудовой бедноты. В истории советской литературы нет другого писателя, который бы так правдиво, задушевно, без ложного наигрыша, с такой лирической теплотой рассказал о простых радостях бедняков рабочих, которым революция дала возможность переселиться из подвалов в лучшие квартиры. Октябрь сломал заборы, ограждавшие собственность богачей, открыл в жизни дорогу людям труда.

Сцены «подвальной» жизни, швея, детишки бедняков, усталая работница, которую тянет от станка на улицу, где весна, где все «как высь, как жизнь вокруг меня, как жизнь моя заголубела», и еще раз весна, пение ручьев, солнце, ласкающее улыбкой суровое, морщинистое лицо рабочего,— вот темы Полетаева. Много у него настоящей любви к трудящимся людям. Он чутко улавливает их затаенные настроения и заботы. В лирическом эскизе «Три лика» Полетаев рассказывает о своих уличных встречах и впечатлениях на дореволюционном «гулянье» в Сокольниках, затем рисует февральскую революцию и демонстрацию в первую годовщину пролетарской революции 7 ноября 1918 года. Болью проникнуты два первых отрывка, болью за своего брата-рабочего, за застенчивость трудящегося человека, его худую одежду, за попираемое чувство его человеческого достоинства. И за этой болью — гордое презренье к миру «толстых», самодовольных, богатых. Заканчивается рассказ описанием одной из сцен первого в истории человечества празднования Октябрьской годовщины в Москве:

«Помню, у Арбатской площади сильно меня поразил автомобиль один.

Сидели на нем детишки.

Худенькие бледные личики их сияли неподдельным восторгом детским, а одежа рваная была у них и обувь плохая.

На этом автомобиле было знамя.

«Да здравствуют дети пролетариата!» — вещали серебряные слова на нем.

Я поглядел на надпись эту, и на худенькие бледные личики, и на обувь, и на одежу рваную, и я заплакал, как малый ребенок, от жалости и от надежды великой, что скоро, может быть, очень скоро, не будут дети так плохо одеты и так голодны, как сейчас.

Три часа стоял я потом на Красной площади, глядя, как рядами стройными бесконечно проходили процессии мимо стены кремлевской. И надежда великая расцветала в душе» 2.

В своих стихах Полетаев оставался реалистом вопреки собственным теоретизированиям в пролеткультовском духе, вопреки канонам литорганизаций, в которых он принимал близкое участие. Полетаев создал ряд произведений, которые сохранят его имя в истории литературы не только как поэта-«бытовика». У Полетаева есть и удачные патетические стихи. Ему принадлежит одно из лучших стихотворений о Красной площади. В нем воспроизведена сцена парада и демонстрации 7 ноября 1918 года.

Знамен кровавых колыханье

На бледно-синих небесах,

Их слов серебряных блистанье

В холодных и косых лучах.

Рядов сплоченных шаг размерный,

И строгость бледно-серых лиц,

И в высоте неимоверной

Гудение железных птиц.

Не торжество, не ликованье,

Не смехом брызжущий восторг, —

Во всем холодное сознанье, —

Железный, непреложный долг.

Лирика Полетаева была первой советской лирикой чисто реалистического характера (и в своем роде единственной в те годы панромантизма, за исключением Демьяна Бедного). Она всецело проникнута думами и житейскими настроениями трудящихся, хотя и лишена широких поэтических горизонтов, чувства размаха, энергии революции, боевой целеустремленности народа (что так масштабно выразил Маяковский всем строем творчества своего). Но и в «тихой» лирике Полетаева правдиво запечатлелась одна из сторон жизни рабочей, городской бедноты в эпоху великой народной победы. И в «тихой» лирике этой есть то, что с первых же лет зарождения советской литературы составляло ее силу: понимание исторического значения событий современности. Таково ставшее знаменитым стихотворение Полетаева на смерть Ленина: «Портретов Ленина не видно, похожих не было и нет, века уж дорисуют, видно, недорисованный портрет».

Полетаев, квалифицируемый как «бытовик», неизменно выпадал из обоймы «пролетарских поэтов». Так и в альманахе «Трибуна Пролеткульта» (Петроград, 1921), где собраны образцы творчества всех сколько-нибудь заметных пролеткультовцев (около 30 человек), не нашлось места для Полетаева. Равнодушна была к нему и критика. «Выпал» Полетаев и из книги К. Дрягина «Патетическая лирика пролетарских поэтов эпохи военного коммунизма» (Вятка, 1933). В своей статье «О предрассудках в поэзии» Полетаев, полемизируя с формалистским подходом к стихам, писал: «Если же нет подлинности переживаний, то не спасут и редкие, вычурные рифмы, и необычайные сопоставления... существует только подлинное или неподлинное, то есть подделка. Все остальное в поэзии — предрассудок» 3. В отличие от многих пролеткультовцев в поэзии Полетаева переживания подлинные и эмоционально-достоверные.

Цитируется по изд.: Зелинский К.Л. На рубеже двух эпох. Литературные встречи. 1917-1920. М., 1962, с. 77-80.

Примечания

1. И. С. Ежов и Е. И. Шамурин, Русская поэзия XX века. Антология, Изд-во «Новая Москва», М. 1925, стр. 582.

2. «Горн», М. 1919, № 4, стр. 18.

3. «Горн», М. 1919, № 4, стр. 46.

«Родится, и цветет, и зреет стих»

Полетаев Николай Гаврилович [24.7(5.8).1889, г.Одоев Тульской губ. — 16.3.1935, Москва] — поэт.

Детские годы Полетаев прошли в стенах Старо-Екатерининской больницы в Москве, где мать работала сиделкой. Получив начальное образование, будущий поэт окончил торговую школу Алексеевых, а затем с 1905 работал на Брянской железной дороге на низких служебных должностях (конторщик, табельщик и т.п.). Опыт этих лет потом отразится в сборник рассказов Полетаева «Железнодорожники» (1925). Полетаев принял участие в забастовках 1906, и не случайно в 1917 его избирают членом комитета Брянского вокзала. После большевистского переворота Полетаев принимает активное участие в работе Пролеткульта, а затем «Кузницы» (с 1920).

«Зуд к писательству у меня всегда был,— сообщал он в автобиографии,— но я так уважал человеческое слово, что писать и печатать с 1907 по 1917 г. не мог. Я знал, что я буду не нужен: тогда читали Арцыбашева, Вербицкую и др.» (Пролетарские поэты первых лет советской эпохи. С.537). Первое стихотворение Полетаев опубликовал в газете «Известия» от 6 нояб. 1918. В дальнейшем печатался в журнале «Кузница», «Гудки», «Горн», «Творчество» и др. Будучи тесно связанным с пролеткультовцами, Полетаев резко выделялся из их среды. Характерно название третьего сборника его стихов — «Сломанные заборы» (1923) (до того вышли «Стихи», 1919; «Песня о соловьях», 1921). Своей будничностью оно контрастирует как с космическим размахом В.Кириллова (сборник «Зори грядущего»), так и с «индустриализмом» М.Герасимова (сборник «Железные цветы»). Его герой — не кирилловский Железный Мессия, гордо шествующий «в шуме проводов, в блеске машин, / В сиянии солнц электрических», не герасимовский «победитель», уже воздвигнувший «на каналах Марса / Дворец Свободы Мировой», а человек с искалеченной судьбой, выбирающийся из подвала на свежий воздух, к новой жизни. «Детство и юность в подвалах, в сырости и сирости, в пропаде, в недоедании, в соседстве с задворками и мусорными ямами, в плесени и пыли, без солнца и трав. О подвалах, о злой чахотке слагает свои песни Н.Полетаев. "А я хочу вам спеть о соловьях, которых не слыхал"»,— констатировал в свое время А. Воронский и добавлял, что «Песня о соловьях» «вполне пригодна для хрестоматий нового типа» (Воронский А. Искусство видеть мир. М., 1987. С.420). Сам же поэт определял свою творческую позицию так: «В глубоком омуте, на голубых полях, / Где муть яснится, шум утих, / На тихих, на безветренных полях / Родится, и цветет, и зреет стих. / Но чтоб его из глуби той достать, / Я долго жду, пока утихнет омут./ И опускаюсь я в немую гладь, / Куда лучу не проглядеть дневному» («Мой стих», 1922). В отличие от многих максималистов Пролеткульта уже в 1919 Полетаев понимал, что «шагом медленным и трудным / Нам предназначено пройти» («Морозом искристым овьюжен...»). На этом пути помогают и романтический идеал детства («Песня о соловьях», 1921; «Одоевские розы», 1923, и др.), и врожденное эстетическое чувство, дарующее способность находить прекрасное в безобразном («Как дорога мне, как цветиста плесень / На потолке и по углам дыры» — «Пусть дождь идет, пусть листья мокнут зябко...», 1922), и даже та особая чувствительность, которая свойственна болезненному человеку («Всю зиму мучил дым и страх / Гнилушкою светиться в морге, / И вдруг — обои все в цветах, / Лучи, как дома, по каморке» — «Выздоровление», 1921). Символом выздоровления стал у П. образ весны, лейтмотивом проходящий сквозь все его творчество («В мою угрюмую берлогу...», «Горят все в золоте ручьи...», «Эй, солнышко, здорово будь!..», «Всю ночь весенняя вода...», «Предвесеннее», «Веселый день! Горячий день!..», «Весенние лужи» и многие другие). Причем символика Полетаева лишена метафизической абстрактности, зато полна эмоциональных нюансов. Психологическая достоверность — вот что отличало лирику поэта. Не случайно среди творческих наставников Полетаева называли и Есенина, и Пастернака, и А.Белого.

Стихи Полетаева на собственно революционную тему лишены помпезности и выспренности. Символика красного цвета в революционной поэзии была широко распространена и, как правило, несла восторженное чувство. А в стихотворении Полетаева «Красная площадь» (7 нояб. 1918) этот цвет вписывается в богатую цветовую и звуковую гамму: здесь «знамен кровавых колыханье / На бледно-сизых небесах, / Их слов серебряных блистанье / В холодных и косых лучах». Восторженность уступает место суровой сосредоточенности, вбирающей в себя и «строгость бледно-серых лиц», и грозное гудение аэропланов. И в раскрытии образа Ленина Полетаев выделился именно сдержанностью поэтической манеры, начисто лишенной распространенной тогда аффектации («Портретов Ленина не видно...», 1923).

Во второй половине 1920-х Полетаев переключается на литературно-редакторскую работу. Он становится членом редколлегий журналов «Октябрь» (1927-28), «Рост» (1930). Выпускает новые книги стихов: «Резкий свет» (1926), «Стихи. Книга первая» (1930), «О соловьях, которых не слыхал» (1932), но они успеха не имеют.

В обстановке 1930-х годов болезнь Полетаева усиливается, что приводит его к кончине.

Г.В. Филиппов

Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 3. П - Я. М., 2005, с. 88-89.

Далее читайте:

Русские писатели и поэты (биографический справочник).

Сочинения:

Избранные стихи. М., 1938;

Стихотворения. М., 1957;

Стихотворения // Пролетарские поэты первых лет советской эпохи. Л., 1969. (Б-ка поэта. Б. серия).

Литература:

Якубовский Г. Николай Полетаев // Литературные портреты: Писатели «Кузницы». М.; Л., 1926;

Сурков А. Н.Г.Полетаев (1889-1935) // Октябрь. 1935. №5;

Зелинский К. О поэзии Николая Полетаева // Октябрь. 1947. №11;

Асеев Н. Николай Полетаев // Асеев Н. Зачем и кому нужна поэзия. М., 1961;

Сныткин М. Н.Г.Полетаев. М., 1962.

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ

ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС