Мандельштам Осип Эмильевич
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ М >

ссылка на XPOHOC

Мандельштам Осип Эмильевич

1891-1938

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА


Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
ХРОНОС. Всемирная история в интернете

Осип Эмильевич Мандельштам

mandelstam.jpg (14939 bytes)

Мандельштам Осип Эмильевич (1891/1938) — русский поэт, писатель, переводчик, публицист. Начав свое творчество с приверженности символизму, вскоре избрал для себя иной путь и стал одним из ярких представителей акмеизма. Многие произведения 10/20-х годов представляют собой образцы акмеистского направления. Нередко Мандельштам обращался в своей лирике и к конкретным историческим событиям.

Гурьева Т.Н. Новый литературный словарь / Т.Н. Гурьева. – Ростов н/Д, Феникс, 2009, с. 164-165.


МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич (1891-1938) - российский и советский поэт, прозаик.

Начал печататься в 1910 г., находился под влиянием символизма. С 1911 г. сблизился с Я. С. Гумилевым и А. А. Ахматовой, стал одним из создателей акмеизма, принципы которого отстаивал в статьях «Слово и культура», «О природе слова», в сборнике «Камень» (1913). В 1910-х гг. посещал заседания Религиозно-философского общества.

Сквозные темы стихов 1916—1928 гг. — хрупкость здешнего мира и человека перед лицом непонятной вечности и судьбы, а также трагическое восприятие гибели культуры и разочарование в установившемся советском строе (Tristia, 1922; «Вторая книга», 1923; «Нашедший подкову», «1 января 1924»; «Стихотворения», 1928). Автор автобиографических рассказов «Шум времени» (1925) и повести «Египетская марка» (1928) о судьбе маленького человека.

В 1930 г. написал «Четвертую прозу», обличая советский режим; в 1933 г. стихотворную инвективу («эпиграмму») против И. В. Сталина («Мы живем, под собою не чуя страны...»). В мае 1934 г. арестован, сослан в Чердынь (Урал), затем в Воронеж, где написал цикл «Воронежские тетради» (опубл. 1966). Центральное произведение этого периода — «Стихи о неизвестном солдате». В мае 1938 г. арестован вторично и направлен на Колыму. Умер в пересыльном лагере под Владивостоком. Реабилитирован посмертно.

Орлов А.С., Георгиева Н.Г., Георгиев В.А. Исторический словарь. 2-е изд. М., 2012, с. 295-296.


Памятник О.Мандельштаму в Воронеже.

МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич (1891 - 1938), поэт, переводчик. Родился 3 января (15 н.с.) в Варшаве в семье мастера-кожевенника, мелкого торговца. Через год семья поселяется в Павловске, затем в 1897 переезжает на жительство в Петербург. Здесь заканчивает одно из лучших петербургских учебных заведений - Тенишевское коммерческое училище, давшее ему прочные знания в гуманитарных науках, отсюда началось его увлечение поэзией, музыкой, театром (директор училища поэт-символист Вл.Гиппиус способствовал этому интересу).

В 1907 Мандельштам уезжает в Париж, слушает лекции в Сорбонне, знакомится с Н.Гумилевым. Интерес к литературе, истории, философии приводит его в Гейдельбергский университет, где он слушает лекции в течение года. Наездами бывает в Петербурге, устанавливает свои первые связи с литературной средой: прослушивает курс лекций по стихосложению на "башне" у В.Иванова.

Сусальным золотом горят
В лесах рождественские елки;
В кустах игрушечные волки
Глазами страшными глядят.

О, вещая моя печаль,
О, тихая моя свобода
И неживого небосвода
Всегда смеющийся хрусталь!

(1908)

Литературный дебют Мандельштама состоялся в 1910, когда в журнале "Аполлон" были напечатаны его пять стихотворений. В эти годы он увлекается идеями и творчеством поэтов-символистов, становится частым гостем В.Иванова, теоретика символизма, у которого собирались талантливые литераторы.

В 1911 Мандельштам поступает на историко-филологический факультет Петербургского университета, желая систематизировать свои знания. К этому времени он прочно входит в литературную среду - он принадлежит к группе акмеистов (от греческого акме - высшая степень чего-либо, цветущая сила), к организованному Н.Гумилевым "Цеху поэтов", в который входили А.Ахматова, С.Городецкий, М.Кузмин и др. Мандельштам выступает в печати не только со стихами, но и со статьями на литературные темы.

В 1913 вышла в свет первая книга стихотворений О.Мандельштама - "Камень", сразу поставившая автора в ряд значительных русских поэтов. Много выступает с чтением своих стихов в различных литературных объединениях.

В предоктябрьские годы появляются новые знакомства: М Цветаева, М.Волошин, в доме которого в Крыму Мандельштам бывал несколько раз.

В 1918 Мандельштам живет то в Москве, то в Петрограде, потом в Тифлисе, куда приехал ненадолго и потом приезжал снова и снова. Н.Чуковский написал: "...у него никогда не было не только никакого имущества, но и постоянной оседлости - он вел бродячий образ жизни, ...я понял самую разительную его черту - безбытность. Это был человек, не создававший вокруг себя никакого быта и живущий вне всякого уклада".

1920-е были для него временем интенсивной и разнообразной литературной работы. Вышли новые поэтические сборники - "Tristia" (1922), "Вторая книга" (1923), "Стихотворения" (1928). Он продолжал публиковать статьи о литературе - сборник "О поэзии" (1928). Были изданы две книги прозы - повесть "Шум времени" (1925) и "Египетская марка" (1928). Вышли и несколько книжек для детей - "Два трамвая", "Примус" (1925), "Шары" (1926). Много времени Мандельштам отдает переводческой работе. В совершенстве владея французским, немецким и английским языком, он брался (нередко в целях заработка) за переводы прозы современных зарубежных писателей. С особой тщательностью относился к стихотворным переводам, проявляя высокое мастерство. В 1930-е, когда началась открытая травля поэта и печататься становилось все труднее, перевод оставался той отдушиной, где поэт мог сохранить себя. В эти годы он перевел десятки книг.

Осенью 1933 пишет стихотворение "Мы живем, под собою не чуя страны...", за которое в мае 1934 был арестован.

Только защита Бухарина смягчила приговор - выслали в Чердынь-на-Каме, где пробыл две недели, заболел, попал в больницу. Был отправлен в Воронеж, где работал в газетах и журналах, на радио. После окончания срока ссылки возвращается в Москву, но здесь ему жить запрещают. Живет в Калинине. Получив путевку в санаторий, уезжает с женой в Саматиху, где он был вновь арестован. Приговор - 5 лет лагерей за контрреволюционную деятельность. Этапом был отправлен на Дальний Восток. В пересыльном лагере на Второй речке (теперь в черте Владивостока) 27 декабря 1938 О.Мандельштам умер в больничном бараке в лагере.

В.Шкловский сказал о Мандельштаме: "Это был человек... странный... трудный... трогательный... и гениальный!"

Жена поэта Надежда Мандельштам и некоторые испытанные друзья поэта сохранили его стихи, которые в 1960-е появилась возможность опубликовать. Сейчас изданы все произведения О.Мандельштама.

Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.


Мандельштам Осип Эмильевич (1891, Варшава - 1938, пересыльный лагерь под Владивостоком) - поэт. Род. в семье купца-кожевника. В 1907 окончил одну из лучших Петербург, школ - Тенишевское уч-ще. Слушал лекции на словесном ф-те Сорбонны в Париже и в Гейдельбергском ун-те; жил в Германии, Швейцарии, Италии. В 1911 - 1917 занимался на историко-филологическом ф-те Петербург, унта. Увлекался поэзией, музыкой, театром. Вошел в круг литераторов-акмеистов Н.Гумилева, А.Ахматовой, М. Кузмина и др. В 1913 вышла в свет его первая кн. стихов "Камень". Мандельштам много ездил, сотрудничал в журн., занимался переводами. Н. Чуковский вспоминал: "У него никогда не было не только никакого имущества, но и настоящей оседлости - он вел бродячий образ жизни. Он приезжал с женой в какой-нибудь город, жил там несколько месяцев у своих поклонников, любителей поэзии до тех пор, пока не надоедало, и ехал в какое-нибудь другое место". Мандельштам много и успешно работал, сохраняя независимое положение. Убеждение в нравственном значении искусства и потребность исторически понять разные культуры позволили Мандельштаму писать критическую прозу, к ней относится и эссе "Разговор о Данте", ради которого Мандельштам изучил итальянский язык. В конце 20-х - нач. 30-х гг. поэт-философ Мандельштам, тонко чувствовавший время, не вписался в новую действительность, оставшись самим собой. В 1934 был арестован за антисталинские стихи "Мы живем, под собою не чуя страны..." и выслан в Чердынь, а потом в Воронеж, где работал литконсультантом в театре и на радио. По возвращении из ссылки в 1938 был арестован вторично и умер в больничном бараке в лагере. Стихи Мандельштама были спасены от уничтожения его вдовой Н.Я. Мандельштам и изданы в США. Второе издание этого четырехтомника репринтом напечатано в 1991 в Москве.

Использованы материалы кн.: Шикман А.П. Деятели отечественной истории. Биографический справочник. Москва, 1997.


Осип Мандельштам в представлении Николая Радлова.

МАНДЕЛЬШТАМ Осип Эмильевич (1891-1938). Один из лучших поэтов России XX в. Родился в Варшаве в семье коммерсанта. Отец — Эмиль (Хацкель) Вениаминович Мандельштам (1851-1938), перчаточник, впоследствии — купец первой гильдии, владелец конторы по продаже кожевенных товаров. Мать — Флора Осиповна Вербловская (1866-1916). Осип Мандельштам принял крещение в июле 1911 г. в методистской церкви г. Выборга. Учился в Тенишевском училище и Петербургском университете. Первые стихи опубликовал в журнале «Аполлон» в 1910 г. В 1912 г. примкнул к акмеистам. В 1913 г. вышел его сборник «Камень», в 1922 г. — сборник «Tristia». Цикл «Воронежские тетради» был опубликован в 1966 г.

Мандельштам — автор следующей эпиграммы, посвященной «кремлевскому горцу» Сталину:

Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца, 1)
Там припомнят кавказского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
А слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются усища,
И сияют его голенища.
 
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей,
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачет и тычет.
Как подковы, кует за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.

(Ноябрь 1933)

Эти строки Мандельштам читал родственникам, друзьям, знакомым. Кто донес? Не ясно. За автором самоубийственных строк ночью 13 мая 1934 г. явились трое с понятыми. Ордер на арест подписал Ягода. За поэта просили А. Ахматова и Б. Пастернак, которому, как теперь известно, звонил по поводу Мандельштама сам Сталин. Большую помощь оказал поэту Бухарин, тогда главный идеолог страны, знавший Мандельштама с 1922 г. и любивший его творчество. Благодаря ему поэта лишь сослали в г. Чердынь на Каме. Он же помог Мандельштаму перебраться в Воронеж, где и прошли три года ссылки. 2) Три «Воронежские тетради» стихов (опубл. 1966 г.) — духовная исповедь поэта и его приговор «немеющему времени». В 1937 г. поэт вернулся в Москву. Но уже в мае 1938 г. его вновь арестовали за «контрреволюционную деятельность» и отправили в ИТЛ. Поэт умер 7 декабря на этапе под Владивостоком от паралича сердца. Похоронен в Приморье, на кладбище бывшего лагеря «Вторая речка». Полностью реабилитирован в 1987 г.

Жена поэта Надежда Яковлевна Хазина 3) (1899-1980), сохранившая поэтическое наследие Мандельштама, похоронена на сельском кладбище под Москвой (Колодный Л. Поэты и вожди. М., 1997. С. 106-129; Мандельштам Н. Я. Вторая книга. М., 1990).

Примечания

1) У следователя имелся первый вариант стихотворения, где в третьей и четвертой строках значилось: «Только слышно кремлевского горца, / Душегуба и мужикоборца».

2) Неожиданное предположение, в связи с относительно «мягким приговором» вынесенным Мандельштаму, высказыла историк литературы Э. Герштейн. Она считает, что эпиграмма произвела впечатление на Сталина. Прежде всего сам образ властелина, карающего и милующего как Верховный судия, должен был импонировать вождю. При этом тонут такие детали, как «жирные пальцы» и «тараканьи глазища». Даже «казни» не смущают Сталина: и Ленин ратовал за расстрелы — революция, мол, должна защищаться. Но суть дела даже не в этом.

Вспомним, что в феврале 1934 г. завершился XVII съезд ВКП(б), на котором, как говорят историки, Сталин не получил желаемого большинства голосов. В этот год, закончившийся убийством Кирова, Сталин был озабочен укреплением своей власти и расправой с врагами из партийной элиты. На этом фоне одна строфа крамольного стихотворения Мандельштама («а вокруг него сброд тонкошеих вождей») должна была ласкать слух таившего злобу Сталина. «Поэт как будто давал ему индульгенцию на будущие, еще не оформленные в сознании тирана преступления!» (Герштейн Э. Мемуары. СПб., 1998. С. 337). Добавим, что в ссылке Мандельштам создал «Оду» в честь великого вождя. «Чтобы написать такую „Оду", — с болью и горечью говорит Надежда Мандельштам, — надо настроиться, как инструмент, сознательно поддаться общему гипнозу и заворожить себя словами литургии, которая заглушила в наши дни все человеческие голоса».

3) Н.Я. Хазина-Мандельштам написала два тома мемуаров, впервые опубликованных за границей (1-й том — в Нью-Йорке в 1970 г., 2-й том — в Париже в 1972 г.). В России «Воспоминания» опубликованы в 1989 г. Историки считают, что ее мемуары — одна из лучших хроник сталинской эпохи.

Использованы материалы кн.: Торчинов В.А., Леонтюк А.М. Вокруг Сталина. Историко-биографический справочник. Санкт-Петербург, 2000.


Поэт, критик, эссеист, переводчик

Мандельштам Осип Эмильевич [3(15).1.1891, Варшава — 27.12.1938, пересыльный лагерь «Вторая речка» под Владивостоком] — поэт, критик, эссеист, переводчик.

Отец Мандельштама, торговец кожами, в юности учившийся в талмудической школе, купцом 1 -и гильдии поселился с семьей в Петербурге в 1897 (с 1894 — в Павловске). Мать Мандельштама, музыкантша, родственница известного историка русской литературы С.А.Венгерова. Мандельштам окончил Тенишевское коммерческое училище (1907). 1907-10 провел в Европе: в Париже посещал лекции на словесном факультете Сорбонны, 2 семестра проучился в Гейдельбергском университете, жил в Швейцарии, совершил поездку в Италию. Вернувшись в Петербург, поступил на отделение романских языков историко-филологического факультета Петербургского университета (1911), но не окончил его.

Первые поэтические опыты — 2 стихотворения в традициях народнической лирики — были опубликованы в студенческом журнале «Пробужденная мысль» (1907. №1). Напряженные духовные поиски Мандельштама проявились, по его собственным словам, в «метаниях» от «платонических» религиозных устремлений к «детскому увлечению марксистской догмой», через «очистительный огонь Ибсена» к Л.Н.Толстому, Г.Гауптману, К.Гамсуну (см. письмо Мандельштама к Вл.В.Гиппиусу от 14 апр. 1908 // Камень. Л., 1990. С.203-205).

1907-08 отмечены «поворотом к модернизму»: Мандельштам переживает увлечение «музыкой жизни» Ш.Бодлера и П.Верлена, интуитивистской философией А.Бергсона. Со своими произведениями этого периода Мандельштам осмеливается познакомить Вяч.И.Иванова, которому отправляет письма с «символистскими» стихами (см.: Камень. С.206-210). В Петербурге Мандельштам — посетитель ивановских «сред», где выступает с чтением своих стихов, сочувственно встреченных символистами, одновременно знакомится с Н.С.Гумилевым и будущими членами «молодой редакции» журнал «Аполлон». На его страницах появилась первая подборка во многом антисимволистских стихотворений Мандельштама (1910. №9). «Эфирным лирам» здесь противопоставлены «целомудренные чары», «высокий лад, глубокий мир», пророческому пафосу и экстазу — подлинная «печаль» и стыдливость «в присутствии таинственных высот».

Сборник «Камень» (1913), вышедший под маркой издательства «Акмэ», представил читателю Мандельштама-акмеиста. «Акмеистичным» было уже само название (данное, правда, Гумилевым), указывающее на «тяжесть» и даже «грубость» материала, из которого художник творит красоту и гармонию. Оно было внутренне полемично по отношению к символистской поэтической концепции. Как заметил С.М.Городецкий, откликнувшийся на книжку молодого поэта, у Мандельштама «"тяжелые" слова <...> гордятся своим весом и для соединений своих требуют строгих законов, подобно камням, соединяющимся в здание» (Гиперборей. 1913. №6. С.27). И далее в подтверждение мысли о том, что Мандельштам «учился писать не у Верлена и Блока, а у строителей Notre Dame», цитировал строки из программного стих, сб.: «Но чем внимательней, твердыня Notre Dame, / Я изучал твои чудовищные ребра,— / Тем чаще думал я: из тяжести недоброй / И я когда-нибудь прекрасное создам» («Notre Dame»). Принцип строгой выверенности формы и сознательного творческого усилия декларируется Мандельштамом и в других стихах архитектурной тематики («Адмиралтейство», «Айя-София»), а также в статье-манифесте «Утро акмеизма» (1913; впервые опубл. 1919), где утверждение акмеизма как «духа строительства» сочетается с пониманием поэтического образа как сложного «организма» и делается упор на внутренний смысл, заключенный в слове. Н.Гумилев заметил, что Мандельштам «открыл двери в свою поэзию для всех явлений жизни, живущих во времени, а не только в вечности или мгновении» (Гумилев Н.С.Письма о русской поэзии. М., 1990. С.175). Мир увиден Мандельштамом в «красках жизни небогатой» («Но я люблю на дюнах казино, / Широкий вид в туманное окно / И тонкий луч на скатерти измятой...»; «В спокойных пригородах снег / Сгребают дворники лопатами; / Я с мужиками бородатыми / Иду, прохожий человек»), и он смело следует по пути «обмирщения» символистской лексики. Созданные им «жанровые» стихи-картины («Старик», «Домби и сын», «Аббат», «Лютеранин», «Кинематограф», «Теннис») свидетельствуют о любви Мандельштама к изобразительной детали, чувственной пластичности образа и умелом владении приемом гротеска, элементы которого возникают на пересечении разных планов — бытового и культурно-исторического. Однако акмеистический тезис восторженного «приятия мира» сочетается у Мандельштама с ощущением исторического времени как времени катастрофического, появляется пугающий образ бездны («Душа висит над бездною крылатой», «И музыка от бездны не спасет!»). Творческое сознание предстает как вместилище исторической памяти, оно выступает антиподом «беспамятной» действительности. Художественные образы — «вспышки сознания» — возникают «мгновенно» в результате как бы «случайных» ассоциаций.

Мандельштам стремится сделать далекие эпохи достоянием собственного творчества, сближая разновременные пласты. Греция Гомера и императорский Рим, средневековая католическая Европа, Англия Диккенса, французский театр классицизма — как в калейдоскопе, сменяются времена, эпохи, стили, ставшие для Мандельштама не материалом для стилизаций (характерно, что многие исторические реалии у Мандельштам неточны), а теми «мгновениями» в истории культуры, которые «рифмуются» с современностью. Об этом писал сам Мандельштам в статье «О природе слова» (1922): «...ветер перевернул страницы классиков... и они раскрылись на том самом месте, какое всего нужнее было для эпохи» (Соч. Т.2. С.186). В многомерном пространстве художественного текста одно слово «проступает» сквозь другое («И снова скальд чужую песню сложит / И как свою ее произнесет...»), играя своими «спрятанными» смыслами. И эта сложная и утонченная «игра» нужна Мандельштаму для того, чтобы следить «за шумом и прорастанием времени».

Сборник «Камень» в расширенном виде был переиздан в дек. 1915 (на титульном листе — Пг., 1916). Диапазон многочисленных критических откликов был достаточно широк: от неприятия «книжности», «ложно-классического пафоса» стихов Мандельштама (А.Дейч, Д.Выгодский), «слабости, случайности, неорганичности» его настроений (Н.Лернер) до оценки книги «значительного и интересного поэта» как «увлекательной повести развивающегося духа» (Н.Гумилев) и признания «гибкости и мощности» богатого оттенками поэтического голоса Мандельштама (М.Волошин).

Стихи периода войны и революции (1916-20) составили новую книгу Мандельштама «Tristia» (Пг.; Берлин, 1922, без участия автора; под названием «Вторая книга» и с авторским хронологическим расположением стихов — М.; Пг., 1923), названную так М.А.Кузминым с аллюзией на «Печальные элегии» римского поэта Публия Овидия Назона. Изменяется тональность жанра составляющих книгу произведений: высокоторжественную оду миру и созидательному творчеству сменяет раздумчивая скорбная элегия-плач расставания с уходящим в небытие любимым и привычным миром. «"Tristia" — прямая антитеза "Камню". <...> В "Камне" воспевались встречи, в "Tristia" — одни разлуки. <...> "Камень" исследовал мир на поверхности, великие человеческие создания, восполняющие пустоту горизонта или неба; "Tristia" — спуск в инфернальный мир роковых страстей, ведущих к смерти, в мир разрушительной революции, в мир воспоминаний, предостерегаемого забвением, невоплощающегося стихотворения, нерождающегося слова» (Струве Н.— С.155). Благодаря обращению к мифу и мифопоэтической традиции Мандельштаму удается вести поэтический разговор в универсальном плане. Сценой поэтической репрезентации нередко становится пышный и торжественный Петербург эпохи «заката» империи; город предстает как царство смерти («В Петрополе прозрачном мы умрем, / Где властвует над нами Прозерпина. / Мы в каждом часе смертный воздух пьем. / И каждый час нам смертная година»). Миф нужен Мандельштаму и для расширения горизонта историософских обобщений, где сложно переплетаются духовная судьба поэта и вся история России («Кассандре», «На розвальнях, уложенных соломой...» и др.). Тема «конца истории», данная через образ идущего ко дну корабля времени («Сумерки свободы»), сплетается с метафизической темой посмертной памяти («Но будем помнить и в летейской стуже, / Что десяти небес нам стоила земля»). В области поэтики сборника «Tristia» отмечен усложнением ассоциативных ходов, усилением иррационализации словесного образа (мотив «блаженного, бессмысленного слова» вплоть до признания: «Я слово позабыл, что я хотел сказать...»). Творчество Мандельштама периода «Tristia» — отражение более сложного отношения к поэтическому слову. Благодаря скрытой в нем «энергетике» сами «вещи» становятся носителями определенных культурных контекстов. В «крымских стихах» Мандельштама («Золотистого меда струя из бутылки текла...», «На каменных отрогах Пиэрии...», «Возьми на радость из моих ладоней...», «За то, что я руки твои не сумел удержать...» и др.) бытовая предметность вызывает в сознании образы греческой мифологии, к тому же пропущенные сквозь призму литературной традиции. Античность, вводимая таким образом, предстает как модель бытия и как тот культурный код, который необходим для понимания смысла произведения. По словам Л.Я.Гинзбург, Мандельштам в «Tristia» стремится создать «некий эллинистический "диалект" в поэзии» (Гинзбург Л. Поэтика Осипа Мандельштама // Известия АН СССР. М., 1972. Т.XXXI. Вып.4. С.310. Сер. литературна и языки.). Параллельно Мандельштаму разрабатывает концепцию «домашнего эллинизма» как бытийственного начала в русской культуре. В статье «О природе слова» он подробно обосновывает свой взгляд на «эллинистическую природу русского языка»: «Эллинизм — это печной горшок, ухват, крынка с молоком, это — домашняя утварь, посуда, все окружение тела; эллинизм — это тепло очага, ощущаемое как священное, всякая собственность, приобщающая часть внешнего мира к человеку... Эллинизм — это <...> очеловечение окружающего мира» (Соч. Т.2. С.181-182). Сохранить в поэтическом образе чувственное тепло вещи, его душу — Психею — вот к чему стремится Мандельштам. Для этого он воскрешает скрытые в слове архаические смыслы, создает новые ассоциативные ряды, расширяя тем самым смысловой диапазон слова.

Цикл «1921-1925» не стал отдельной книгой; он составил раздел (наряду с разделами «Камень» и «Tristia» в последнем прижизненном сборнике Мандельштама «Стихотворения» (1928). Увлеченность культурной «археологией» уступает место теме текущего бытия; становятся узнаваемыми биографические реалии. Лирическое «я» неотделимо от конкретной личности автора. Но приметы быта и жизненная проза не препятствуют философско-поэтическим обобщениям и свойственному Мандельштам пафосу трагического предчувствия. Центральное место в цикле занимает «Грифельная ода», иллюстрирующая новую манеру Мандельштама. В ней разрушительному действию времени противопоставлено не подвластное ему истинное искусство. Высокий одический строй речи сочетается с усложненной метафоричностью, как бы демонстрируя творческое усилие, преодолевающее гнет времени, истории, языка. Безудержный полет метафор отличает и историософские стихи «Век», «1 января 1924», представляющие собой своеобразную «исповедь сына века», где доминируют экзистенциальные переживания «сдвига» исторических координат и собственного «умиранья» вместе с «веком».

В 1920-е Мандельштам обращается к мемуарно-автобиографической прозе («Шум времени» и «Египетская марка», 1925 и 1928), пишет очерки, переводит, выпускает сб. статей «О поэзии» (1928).

В 1930 после поездки в Армению создает «путевой очерк» «Путешествие в Армению» (Звезда. 1933. №5) и стихотворный цикл «Армения». В стихах начала 1930-х усиливается значение темы ретроспективной памяти («наука расставанья») («С миром державным я был лишь ребячески связан...»), скудеющего культурного пространства, собственной обреченности и предощущения грядущих катастроф: «Колют ресницы. В груди прикипела слеза. / Чую без страху, что будет и будет гроза. / Кто-то чудной меня что-то торопит забыть. / Душно — и все-таки до смерти хочется жить».

В мае 1934 за эпиграмму против Сталина («Мы живем, под собою не чуя страны...») Мандельштам был арестован и сослан сначала в Чердынь-на-Каме, а затем в Воронеж.

В 1935 после годового молчания поэт возвращается к стихам. В вынужденном диалоге с властью сила все-таки оказывается на стороне творческой личности, ибо поэзия спасительна и неистребима: «Лишив меня морей, разбега и разлета / И дав стопе упор насильственной земли, / Чего добились вы? Блестящего расчета: / Губ шевелящихся отнять вы не могли». Три «Воронежских тетради» стихов первоклассной пробы (опубл. 1966) — духовная исповедь поэта и его приговор «немеющему времени». Тема приятия жизни земли — основы и опоры бытия — в полную силу зазвучала в стихах воронежского периода («Чернозем», «Я к губам подношу эту зелень...»). «Земля — последнее оружье» — давала поэту силы, веру в жизнь и творчество тогда, когда жизнь его близилась к трагическому исходу. По возвращении из ссылки в 1938 Мандельштам был вторично арестован и отправлен на Дальний Восток, гдк погиб в пересыльном лагере. Поэтическое наследие Мандельштама было сохранено его вдовой Н.Я.Мандельштам, распространялось в списках, затем отдельные подборки стали появляться в периодических изданиях.

Впервые Собрание сочинений поэта было издано в 1964 в США.

Н.Ю.Грякалова

Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 2. З - О. с. 521-525.


Далее читайте:

Осип Мандельштам. Сухум. Глава из кн.: О. Мандельштам. Собрание сочинений в четырех томах. М., 1994. Том 3.

Игорь Фролов. Откровение Мандельштама ("Бельские просторы").

Игорь МАРКИН. Дары данайцев. 11.01.2010 (о памятнике Мандельштаму).

Татьяна ЛЕСТЕВА. Страницы истории. К 120-летию со дня рождения Осипа Мандельштама. 19.01.2011

Русские писатели и поэты (биографический справочник).

Сочинения:

Соч.: в 2 т. / подгот. текста и комм. А.Д.Михайлова, П.М.Нерлера; вступ, статья С.С.Аверинцева. М., 1990;

Камень / подгот. текста Л.Я.Гинзбург, А.Г.Меца, С.В.Василенко, Ю.Л.Фрейдина. Л., 1990. (Литературные памятники);

Полное собрание стихотворений / вступ. статья М.Л.Гаспарова и А.Г.Меца; сост., подг. текста и прим. А.Г.Меца. СПб., 1997. (Новая б-ка поэта).

Литература:

Волошин М.А. Голоса поэтов [1917] // Волошин М.А. Лики творчества. Л., 1988;

Тынянов Ю.Н. Промежуток [1924] // Тынянов Ю.Н. Поэтика. История. Литература. Кино. М., 1977;

Гинзбург Л.Я. О старом и новом. Л., 1982;

Семенко И.М. Поэтика позднего Мандельштама. Рим, 1986;

Мандельштам Н.Я. Воспоминания. М., 1989;

Мандельштам Н.Я. Вторая книга. М., 1990;

Жизнь и творчество Мандельштама. Воронеж, 1990;

Слово и судьба. Осип Мандельштам: Исследования и материалы. М., 1991;

Литературное обозрение. 1991. №1. [вып. посвящен Мандельштаму];

Струве Н. Осип Мандельштам. 1-е изд. Лондон, 1988; Томск, 1992;

Нерлер П. «С гурьбой и гуртом...»: Хроника последнего года жизни Мандельштама // Минувшее: Исторический альм. М., 1992. Вып.8;

Эткинд Е. Там, внутри. О русской поэзии XX в. СПб., 1995;

Мандельштам и античность: сб. статей. М., 1995;

Смерть и бессмертие поэта. М., 2001.

 

 

 

 


ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС