Родственные проекты:
|
Корвин-Пиотровский Владимир Львович
Корвин-Пиотровский Владимир Львович
[1891, Белая Церковь — 2.4.1966, Лос-Анджелес]
— поэт.
Корвин-Пиотровский происходил
из старинной дворянской семьи. Первую книгу стихов, о которой никогда
впоследствии не вспоминал, выпустил в 1913 совместно с Виктором Якериным в Киеве
тиражом 500 экземпляров. Сборник был подписан «Владимир Пиотровский», что и
стало авторским именем поэта до 1945. Называлась эта книга «Стихотворения.
Вып.1». Видимо, подразумевались и последующие выпуски, но вскоре началась
мировая война. На фронте Корвин-Пиотровский стал офицером-артиллеристом, в
Гражданскую войну сражался в белых отрядах, базировавшихся на территории Польши.
Попал в плен и был, по его словам, «чрезвычайно неумело расстрелян красными
партизанами». После поражения Белого движения Корвин-Пиотровский из Польши прямо
в военной форме очутился в Берлине, который был одним из центров русской
эмиграции. Корвин-Пиотровский включился в литературную жизнь, став руководителем
отдела поэзии в созданном А.Дроздовым журнале «Сполохи». В этом журнале была
опубликована одна из первых поэм Корвина-Пиотровского «Звериной тропой».
Сотрудничал Корвин-Пиотровский также в берлинской газете «Руль» и в парижском
журнале «Русские записки», напечатал несколько стихотворений в журнале
«Жар-птица». Корвин-Пиотровский
поддержал идею А.Дроздова о создании летом 1922 содружества писателей
«Веретено», стал его участником. В первом номере выпущенного содружеством альм.
«Веретено» было опубликовано стихотворение Корвин-Пиотровского «Полынь-город».
Однако долго эта организация не просуществовала. Членам содружества удалось
организовать всего 2 своих публичных выступления. Второе выступление, ставшее
последним, состоялось 12 нояб. 1922 в берлинском кафе «Леон». На вечере с
чтением своих произведений вместе с Корвин-Пиотровским выступили Гл.Алексеев,
В.Лидин, О.Савич и др. Этот вечер был последним перед расколом содружества
«Веретено». В дек. Корвин-Пиотровский и Гл.Алексеев заявили о выходе из него.
В 1922 в издании И.П.Ладыжникова вышли
две небольшие книги сказок для детей — «Светлый домик» и «Погремушки», в Данциге
— книга рассказов Корвин-Пиотровского «Крик из ночи», а в Берлине — другой
сборник — «Причуды господина аббата». Рассказы эти, написанные с привкусом
дешевой эротики, Корвин-Пиотровский в дальнейшем в список своих произведений не
включал, как, впрочем, и первый свой поэтический сборник «Полынь и звезды»
(1923), в котором чувствовалось заметное влияние Есенина и имажинистов. Хотя
встречены эти стихи были достаточно доброжелательно: «Читая распадающуюся на три
цикла книгу стихов Вл.Пиотровского, надо признать, что этот поэт кроме влияния
имеет и свое (Новая русская книга. 1923. №2).
В начале 1923 в Берлине вышел альманах «Струги» под редакцией К.Там, помимо
стихов Б.Пастернака, В.Ходасевича, М.Цветаевой, отрывков из еще не вышедшего
романа И.Эренбурга «Жизнь и гибель Николая Курбова», были напечатаны и стихи
Корвин-Пиотровского «Свято-горскит». И.Эренбург, оценив в письме В.Лидину
альманах как издание «терпимое», о своем одногодке Корвин-Пиотровский сообщил:
«Редактор их ["Струг"] мальчишка — Пиотровский» (Попов В., Фрезинский Б. Илья
Эренбург: Хроника. СПб., 1993. С.301). Стихи Корвин-Пиотровский вошли и в
выпущенную в Берлине антологию «Из новых поэтов» (1923).
В 1924 вышла еще одна детская книжка Корвин-Пиотровского «Веселые безделки», а в
1925 — второй сборник его стихов «Каменная любовь». Этот сб. положительно
оценила советская критика (что было в те годы редкостью), изначально негативно
относящаяся к эмигрантской литературе: «Для эмигрантской литературы характерно,
что за все восемь лет она не дала ни одного нового и свежего имени.
Литературно-эмигрантская молодежь не блещет талантами, и только один
Вл.Пиотровский, как исключение, заслуживает упоминания. В последней его книге
"Каменная любовь" (изд. "Волга", Берлин, 1925 год) есть немало хороших
стихотворений. В его стихах чувствуется приподнятость, мудрое ощущение земли, ее
мощи и здоровья... Но Пиотровский, как и все эмигрантские писатели и поэты,
целиком во власти старины: он воскрешает в своих стихах звон древних половецких
мечей, ржание славянских скакунов, тележную тоску Игорева похода и лебяжьи крики
степной, боевой тревоги: "Бродит в снах колокольный звон — / Ты коня, молодец,
пусти — / Половчанку бери в полон". Он очень тонко чувствует природу, и его
изобразительные средства богаты и щедры» (Смирнов Н. На том берегу // Новый мир.
1926. №6. С.141). К концу 1920-х Корвин-Пиотровский вновь попробовал себя в
прозе и написал роман «Атлантида под водой» (1928), рассказы «По разрушенной
жизни» и «Русский Парнас» (1931), а в поэзии появился цикл Корвин-Пиотровского
«Стихи к Пушкину», напечатанный в первом сборник стихов берлинских поэтов
«Новоселье» (1931), по нескольку стих, во втором сборнике — «Роща» (1932) и
третьем — «Невод» (1933).
Корвин-Пиотровский в своей жизни был обидно одинок. И, возможно, не случайно,
когда в середине 1920-х большинство русских писателей перебрались из Германии в
Париж, Корвин-Пиотровский продолжал почти в одиночестве оставаться в Берлине и
писать несмотря ни на что. Стихи Корвин-Пиотровский писал в традиционной форме
XIX в.; его поэзия отличается исключительной простотой, отсутствием каких-либо
формальных новшеств. Сила стихов Корвин-Пиотровского в их романтическом
устремлении. Его не интересовали специфические проблемы своей эпохи и своего
поколения, и этим он еще больше усиливал свое поэтическое одиночество. Вся
поэзия Корвин-Пиотровского была внеисторической, и смысл ее заключался в
стремлении подняться над жизнью. Ко всему этому Корвин-Пиотровский отличался
высокой самокритичностью и большинство своих произведений, прежде всего прозу,
по прошествии времени полностью отрицал. Очень строго подходил он и к своей
поэзии. В 1940-х, оглядываясь на
прошлое, Корвин-Пиотровский написал: «До последней войны успел выпустить шесть
сборников стихотворений, которые ничего, кроме досады, в авторе не вызвали.
Исключение — сборник драматических поэм в берлинском издательстве "Слово"»
(«Поздний гость»). Возможно, что отречение Корвин-Пиотровского от ранее
созданного и было одной из причин, а может быть, даже единственной, побудившей
Корвин-Пиотровского в 1945 сменить свое творческое имя и подписываться под
стихами отныне полной своей фамилией, символизируя этим появление совершенно
другого поэта. Упомянутый же
Корвин-Пиотровским сборник драматических поэм назывался «Беатриче» и состоял,
помимо заглавной, из поэм «Король», «Смерть Дон Жуана» и «Перед дуэлью» «Его
"Драматические поэмы" меньше всего стилизация. Естественность их до того
поразительна, что представляется, что написаны они не про эпоху Возрождения.
Драматические поэмы — не только творчество уже вполне зрелого художника, но они
и наиболее примечательны и самобытны среди всего созданного Корвиным по ясности,
отточенности и легкотекущего своего языка, порою заостряемого рифмой, по
своеобразию своих персонажей, по насыщенности действием» (Офросимов Ю.). Фабулы
поэм Корвин-Пиотровского неодинаковы по сложности и увлекательности. «Перед
дуэлью» посвящена последней ночи Пушкина и не дает читателю никаких новых
фактов. Фабула «Короля» достаточно традиционно: в борьбе за престол правитель
совершает ряд преступлений и даже проливает кровь своего сына. Несколько
неожидан финал. В классическом виде за всем этим должно следовать возмездие, но
оно не приходит, и даже жуткое преступление остается безнаказанным. Несколько
сложнее развивается действие в «Смерти Дон Жуана». Корвин-Пиотровский начинает
свою драму с пушкинского финала, заставляет своего героя воплотиться в
стеклянную роспись святого на кладбищенском своем памятнике и стать свидетелем
встреч погруженной в двойной траур донны Анны с Лепорелло. Последний столь умело
перенял повадки своего покойного хозяина, что в конце концов обольщает донну
Анну, отчего стеклянный Дон Жуан раскалывается и умирает вторично, уже навсегда.
Основная же тема драматических поэм Корвин-Пиотровского — смерть и свобода.
После прихода Гитлера к власти Корвин-Пиотровский из Берлина перебрался в Париж,
а когда фашисты добрались и туда, вступил в ряды французского Сопротивления, был
арестован, но выжил. В тюрьме гестапо в Монлюке близ Лиона сочинял стихи,
которые не мог положить на бумагу и записал по памяти после освобождения и
возвращения в Париж. Эти стихи составили основу новой поэтической книги
Корвин-Пиотровского «Воздушный змей»: «Сборник — подлинно органичен. Тематика и
трактовка поэтического материала глубоко характерны для господствующего в
зарубежной поэзии настроения ухода из реальности... Каждое стихотворение
Пиотровского не есть, конечно, абсолютная удача, но его уровень настолько высок,
что придирки тут мало интересны» (Тверской П. [проф. Н.Андреев]. Полет на
ломаной кривой//Грани. 1951. №12). На
сборник «Воздушный змей» отозвался и Ю.Иваск: «Это очень умелый, остро
наблюдательный поэт, но в его упругих ямбах нет трепета поэзии. Его тонкие
гравюры — "Карусель", "Чиновник на казенном стуле" — не трогают. Он умеет
отлично показывать вещи, но у него нет дара создавать лирическую атмосферу —
дара, который был у его учителя Ходасевича» (Новый журнал 1951. №25. С.303).
После Второй мировой войны Корвин-Пиотровский, подобно многим русским
эмигрантам, некоторое время состоял в «советских патриотах», участвовал в
просоветских газ. и даже подумывал о возвращении на родину. 11 окт. 1945 И.Бунин
писал М.Алданову: «На днях поэт Корвин-Пиотровский позвал меня на "литературную
чашку чая"; я согласился и поехал и застал у него С.К.Маковского, Ладинского,
Ставрова. А затем приехал вдруг советский консул Емельянов и советник посольства
Гузовский» (Октябрь. 1996. № 3). Ни
И.Бунин, ни Корвин-Пиотровский в Россию так и не поехали. Корвин-Пиотровский
уехал в Америку, где сотрудничал главным образом в «Новом журнале». В Америке
Корвин-Пиотровский вновь наряду со стихами писал прозу — «Рассказ пожилого
человека» (1953), «Признание» и «Измена» (1959), «Разговоры без продолжения»,
«Лунные пятна», «Заклинания призрака», «Охотник за бабочками», «Моя деревня»,
«Счастье», «Флоренция» (1960). В 1960 в
Париже вышел последний прижизненный сборник стихов Корвин-Пиотровского
«Поражение», в который автор включил 4 поэмы, в т.ч. и поэму о детстве «Золотой
песок» и 12 «Стихотворений о России». «Книга литературно своеобразна и
причудлива, а духовно не лишена некоторой надменности. Она не рассчитана на
чтение рассеянное и как будто заранее отталкивает тех, кто собирался бы ее
только перелистать, "пробежать". Но в ответ на внимание она обещает и ум, и
воображение, и чувство» (Адамович Г. Стихи Вл.Корвин-Пиотровского // Новое
русское слово. Нью-Йорк. 1960. 10 апр.).
Когда спустя 6 лет Корвин-Пиотровский скончался, некрологи ему посвятили
Т.Фесенко (Новое русское слово. 1966. 13 апр.), К.Померанцев (Русская мысль.
Париж. 1966. 3 июня). Гл.Струве (Русская мысль. 1966. 11 июня), Р.Гуль (Новый
журнал 1966. №83), Ю.Офросимов (Новый журнал. 1966. №84). «Мастер точного и
крепкого стиха», Корвин-Пиотровский «явно многому научился у Ходасевича... Есть
у него кое-что общее и с Набоковым, но он гораздо проще. Иногда слышатся в его
стихах интонации из "Урны" Андрея Белого, иногда тютчевское (например,
стихотворение "Темнеет небо понемногу"). Есть отголоски Баратынского и Осипа
Мандельштама... Тем не менее у Пиотровского множество счастливейших
стилистических находок, и сам он — одна из запоздалых счастливых находок
зарубежной поэзии» (Струве Г.— С.361-362).
В.В.Попов
Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики,
поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 2. З - О. с. 255-258.
Далее читайте:
Русские писатели и поэты (биографический
справочник).
Сочинения:
Поздний гость: Стихи, поэмы, драматические поэмы: в 2 т. Вашингтон, 1968-69.
Литература:
Вильчковский К. О поэзии
В.Корвин-Пиотровского // Возрождение. Париж. 1956. №53;
Померанцев К. [Рец. на сб. «Поражение»] // Мосты. 1964. №4;
Офросимов Ю. Против течения: О поэзии В.Корвин-Пиотровского // Новый журнал.
Нью-Йорк. 1960. №61; Струве Г. Русская
литература в изгнании. 2-е изд. Paris, 1984. С.172-173, 361-362;
Витковский Е. Те же... и Корвин-Пиотровский // Современная драматургия. 1990. №
2.
|
