Родственные проекты:
|
Борис Петрович Корнилов
Корнилов Борис Петрович (16.07.1907—21.11.1938), поэт. Родился в с.
Покровское Нижегородской губ. Первые стихи опубликовал в 1923. В к. 20-х
участвовал в литературном объединении при журнале «Смена» в Ленинграде. В
первой книге стихов «Молодость» (1928) ощутимо влияние С. А. Есенина. В
«Книге стихов» (1933) и сб. «Стихи и поэмы» (1933) Корнилов обретает свой
поэтический язык. Ему свойственны злободневность, романтическая
приподнятость, тяготение к песенности, образная насыщенность, упругая
ритмика стиха. Корнилову принадлежат поэмы: «Соль» (1931), «Тезисы романа»
(1933) — о рождении комсомола, «Агент уголовного розыска» (1933), «Начало
земли» (1936), «Самсон» (1936), «Триполье» (1933), «Моя Африка» (1935).
Писал также песни («Песня о встречном», «Комсомольская-краснофлотская» и
др.), стихотворные агитки («Вошь»), стихи для детей («Как от меда у медведя
зубы начали болеть» др.).
Использованы материалы сайта Большая энциклопедия
русского народа - http://www.rusinst.ru
Корнилов Борис Петрович (1907-1938), поэт.
Родился 16 июля (29 н.с.) в селе Покровском Нижегородской губернии в семье сельского учителя. Детские и юношеские годы прошли в селе Дьяково, затем семья в 1922 перебирается в город Семенов. Начинает писать стихи, к чему в семье относятся очень серьезно.
Став одним из первых в Семенове пионеров, затем пионерским и комсомольским активистом, Корнилов начинает писать статьи в стенгазеты, сотрудничать с местным молодежным театром "Синяя блуза". Скоро его стихи были напечатаны в нижегородской газете. Это решает его судьбу: летом 1925 Корнилов обращается в райком комсомола с просьбой "об откомандировании его в институт журналистики или в какую-нибудь литературную школу". В конце 1925 уезжает в Ленинград.
В группе В.Саянова, который работает с пролетарской и студенческой молодежью, "провинциальные стихи" Корнилова вызывают восхищение. Начинается его стремительное восхождение к литературному Олимпу. Молодежные издания охотно публикуют его стихи. Через год его называют самым талантливым поэтом литгруппы "Смена". В.Саянов собственноручно редактирует первый сборник стихов Корнилова - "Молодость". Но сам поэт своей "первой книгой" назовет сборник стихов 1931. В том же году выходит второй сборник "Все мои приятели". Становится профессиональным поэтом: участвует в писательских бригадах (Азербайджан, 1932), литературных совещаниях (в Москве, Минске).
В 1932 он решается написать о ликвидации кулачества, и его немедленно обвиняют в "яростной кулацкой пропаганде". Появление поэмы "Триполье" (1933), посвященной памяти комсомольцев, убитых в кулацком восстании, спасает его.
Успех "Песни о встречном" (1932), самого популярного произведения Корнилова, окрыляет его, и он начинает писать массовые песни - "Песню революционных казаков", "Октябрьскую", "Интернациональную", песню физкультурников, песню комсомольцев-краснофлотцев.
В августе 1934 на съезде писателей автора "Триполья" объявляют надеждой советской лирики. В течение следующего года его стихи появляются в "Известиях" почти каждую неделю: он писал много и легко. В 1935 пишет поэму "Моя Африка", заслужившую высокую оценку Ромена Роллана. Однако произведения, появившиеся позже ("Последний день Кирова", "Начало земли", "Самсон"), говорили о кризисе. Он старался поспеть за временем, но не поспевал ни в поэзии, ни в жизни (пьянство и дебоши сделались его проклятьем). В 1936 его исключили из Союза писателей.
После убийства Кирова в Ленинграде шла энергичная работа по чистке от "враждебных" элементов. В 1937 он был арестован. Погиб 21 ноября 1938. Посмертно реабилитирован.
Использованы материалы кн.: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.
Корнилов Борис Петрович (печатался за подписью Б.Корнилов (Вербин))
[16(29).7.1907, с. Покровское Семеновского уезда Нижегородской губ.— 1938, в
заключении; точная дата смерти и место захоронения неизвестны]
— поэт.
Родился в семье учителей. В
1910 переехал вместе с родителями в с.Дьяково, где прожил до 1922, затем до
конца 1925 жил в г.Семёнове. Там же окончил среднюю школу, работал инструктором
укома комсомола. Первое стихотворение «На моря» опубликовано в газете «Молодая
рать» (Нижний Новгород) 28 апр. 1925. До этого писал много стихов (позднее не
воспроизводившихся) в стенгазетах, а также для местного молодежного театра
«Синяя блуза». Родители его происходили из крестьян, с трудом выбившихся в
деревенские учителя. Они хорошо, до пятого колена, знали своих предков; быт их,
несмотря на учительское положение, был по своему укладу крестьянским. Края
вокруг Семёнова были дремучие, староверские, с твердыми нравственными устоями,
отраженными знатоком этих мест А.Мельниковым-Печерским. С детства Корнилов
хорошо знал и староверские обычаи, и русский традиционный, сказочный и песенный
фольклор. Легендарное озеро Китеж раскинуло свои воды, таившие, по преданию,
колокольный звон, в тех же краях. Свою сказочно-дремучую детскую родину Корнилов
никогда не забывал, и она то и дело всплывала в его стихах, в т.ч. и
«городских», уже в Ленинграде, подобно китежскому потаенному звону.
В конце 1925 по ходатайству комсомольской нижегородской организации Корнилова
командировали в Ленинград как человека, имеющего «литературные способности». Он
приехал в северную столицу в самом конце 1925 со жгучей надеждой встретиться с
Есениным, но этой встрече не суждено было состояться. Среди многих поэтов, особо
родственных Корнилову, именно Есенин стоял к нему ближе др. В Ленинграде
Корнилов печатается в «Смене», «Юном пролетарии», «Звезде», «Резце», «Красной
панораме» и в других местных и центральных периодических изданиях. Он становится
членом литературной группы «Смена», которой руководил В.Саянов. Эта
немногочисленная группа состояла из одаренных поэтов, проходивших серьезную
поэтическую выучку у мэтров «ленинградской школы»; она входила в РАПП. В ней
одно время состояли, помимо Корнилова, Ольга Берггольц, В.Друзин, Гитович,
Рахманов, Лихарев и др. Посещали их занятия и участники других групп, например
«серапионовец» Н.Никитин. Характерной особенностью группы, куда попал Корнилов,
было не только вдумчивое отношение к литературному мастерству, горячее
обсуждение «технологических» проблем поэзии, что для молодого литератора,
прибывшего из семеновской глухомани, значило очень много, но и сознательное
отношение к традициям отечественной литературы и культуры. Корнилов с детства
был воспитан своими деревенскими учителями-родителями в почтительном отношении к
русскому литературному наследию, прекрасно знал Пушкина, Лермонтова, Тютчева,
Баратынского, Никитина, классическую прозу. По этой причине он сразу же был
принят группой «Смена» как свой, хотя надо сказать, что в группе, отличавшейся
дружбой и требовательностью, были и свои внутренние разногласия, шедшие в
основном через влияние РАППа. Группа
«Смена» была типичным явлением «ленинградской поэтической школы», «деревенские
мотивы» были там большой редкостью. Появление в этой интеллигентской, сугубо
городской и в общем-то уже достаточно профессиональной литературной среде парня
из глухой провинции, со своей речью, с незнакомыми словами, переполненного
народной культурой,— словом, самобытного и безусловно очень талантливого,
произвело большое впечатление. Сначала его деревенские стихи воспринимались как
экзотика, иные уже поторопились упрекнуть Корнилова в «есенинщине», что
впоследствии прочно закрепилось за ним в виде чуть ли не позорного клейма. Но
вскоре и слушателям «Смены», и читателям стало ясно, что стихи Корнилова —
явление своеобразной и многообещающей поэтической культуры. В.Саянов сам
отредактировал первую книгу Корнилова «Молодость» (1928) — она была
отрецензирована многими печатными органами. То был настоящий успех. Но Корнилов
оказался требовательным к себе литератором. Своей по-настоящему «первой» книгой
он назвал сборник, вышедший в 1931,— «Первая книга. Стихотворения 1927-1931».
Несмотря на большой успех, Корнилов
продолжает упорно учиться словесному мастерству, он даже поступает на курсы при
Институте истории искусств. Большая дружба связывает его с юной Ольгой
Берггольц, внимательно следившей за всеми опытами Корнилова и вскоре ставшей его
женой. В 1930-е Корнилов, помимо
лирики, обращается и к лиро-эпическим жанрам, пишет для детей, сочиняет
рассказы, активно работает как песенник. Его «Песня о встречном», написанная для
кинофильма «Встречный» (1932) и положенная на музыку Дм.Шостаковичем, приобрела
широкую известность и стала как бы песенной эмблемой эпохи, оставшейся жить на
устах людей и после гибели поэта. С событиями Гражданской войны и классовой
борьбы в деревне связаны темы и сюжеты наиболее значительных его произведений,
вошедших в сб. «Книга стихов», «Стихи и поэмы» (оба — 1933), «Новое» (1935).
Все чаще обращается поэт к широким эпическим темам. Его первым серьезным опытом
на этом пути была небольшая поэма «Соль», сюжет которой он взял из одного из
рассказов И.Бабеля. Поэма оказалась малоудачной: от жестокости Гражданской
войны, которой был насыщен рассказ И.Бабеля, осталась лишь бабелевская
интонация, что привело к простой стилизации и потере глубины и значимости
события. Неудачной оказалась и следующая попытка обращения к жанру поэмы: «Агент
уголовного розыска» — это рассказ об одесском беспризорнике, достаточно
хаотичный и натуралистичный. Поэма была не закончена.
Успех ждал Корнилов, когда он взял за основу эпического повествования один из
кровавых эпизодов Гражданской воины лета 1919: восстание кулацкой банды атамана
Зеленого, захват с.Триполье. Комсомольский отряд, сражавшийся с бандой и уже
близкий к победе, был почти полностью уничтожен из-за предательства командира
красного отряда — бывшего офицера. Удача Корнилов заключалась в исключительно
выразительном словесно экспрессивном противопоставлении старого мира («мира
грубой плоти и насилия») и юного мира, идущего на смену, несмотря на грозящую
ему гибель. «Триполье» (1933) было признано одной из главных удач советской
поэзии. Поэму ставили в один ряд с «Думой про Опанаса» Э.Багрицкого,
«Спекторским» Б.Пастернака, «Улялаевщиной» И.Сельвинского.
Другим крупнейшим достижением Корнилов стала поэма «Моя Африка», написанная в
1934 вслед за «Трипольем» и напечатанная в 1935. В основе — рассказ знакомого
ленинградского художника о семи неграх, сражавшихся в Гражданскую войну с
белогвардейцами. Корнилов переводит весь план поэмы в сказочно-фантастическую
плоскость. Вся цветовая гамма исключительно интенсивна по своим слепящим
краскам, это объясняется еще и тем, что события передаются в виде лихорадочного
бреда художника, свалившегося в тифу. И вот уже не сенегальцы среди русских
красноармейцев, сражающиеся за общую победу трудящихся всей земли, а усталый
красноармейский отряд посреди жгучей пустыни и — спаситель отряда: на белом коне
под малиновой попоной черный негр, он же красный полковник. И все погибавшие в
пустыне спасены, и ослепительное солнце сверкает посреди тропической радостной
радуги. Такого мажора и многоцветия, такого упоения самой идеей солидарности и
интернационализма в советской поэзии до «Моей Африки» Корнилова еще не было.
Высочайшую оценку поэме дал Ромен Роллан в статье «Европейский дух»: он привел
эту поэму как еще один довод в дискуссии о будущем интернационализме трудящихся
планеты. Поэма окрылила и самого
Корнилов. Он был полон новыми замыслами. Однако три его новые поэмы — «Последний
день Кирова», «Начала земли» и «Самсон» — оказались вымученными и
декларативными. Неудача, по-видимому, сразила Корнилова. Устроитель дебошей и
кутежей, хулиганских выходок и диких попоек, он стал притчей во языцех.
«Есенинщина», в которой его когда-то, и часто без веских причин, упрекали,
проявилась у него в 1936 в самой резкой и неприглядной форме. Поэтический дар
отступал от него. И только в самый последний год жизни, словно живая родниковая
вода, пробившаяся сквозь муть душевной низины, пробилась к нему едва ли не
позабытая, но с детства все же, видно, сохранившаяся пушкинская нота. Его
жизненный закат, о быстроте которого он все же не подозревал, был согрет
обращением к Пушкину, и цикл замечательных стихов о великом поэте успел все же
появиться в янв. 1937 в журнале «Литературный современник».
В 1938 Корнилов исчез в бесчисленных котлованах ГУЛАГа.
Корнилов принадлежал к достаточно многочисленной в 1920-30-е плеяде
поэтов-романтиков. Его учителями из современников были А.Прокофьев, Н.Тихонов,
Э.Багрицкий, а из классиков — Лермонтов. Будучи тесно связанным с романтической
школой, он, по мнению иных критиков, подчас как бы растворялся в ней.
Исследователь его творчества и автор статьи к однотомнику, вышедшему в 1966 в
Б-ке поэта (Б. серия), Л.Аннинский полагает, что иные из собратьев поэта,
заряженные большей эмоциональной силой и, главное, целеустремленностью,
постоянно заслоняли его, например Э.Багрицкий или П.Васильев. Это несправедливо,
поскольку даже в тех случаях, когда разрабатывались общие темы, голос Корнилова
никогда не сходил со свойственного ему чисто лирического регистра. Он оставался
песенником-романтиком и в своих крупных вещах.
А.И.Павловский
Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики,
поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 2. З - О. с. 262-264.
Далее читайте:
Русские писатели и поэты (биографический
справочник).
Сочинения:
Все мои приятели: Стихотворения 1930-1931. Л., 1931;
Как от меда у медведя зубы начали болеть. М., 1935;
Стихотворения и поэмы. 2-е изд. Л., 1960.
Стихотворения и поэмы / предисл. О.Берггольц. М., 1963;
Стихотворения и поэмы / вступ, статья Л.Аннинского. Л., 1966. (Б-ка поэта. Б.
серия); Продолжение жизни:
Стихотворения и поэмы / предисл. О.Берггольц. М., 1972;
Поэмы. Горький, 1984.
Литература:
Цурикова Г. Борис Корнилов: Очерк творчества. Л., 1963;
Заманский Л Борис Корнилов. М., 1975;
Поздняев К. Продолжение жизни: Книга о Б.Корнилове. М., 1978.
|
