Родственные проекты:
Спортивные костюмы мужские. Велюровые спортивные костюмы розового цвета. |
Герцык Аделаида Казимировна (в замужестве Жуковская)
(16.02.1874—25.06.1925), поэт, прозаик, переводчик. Родилась в г.
Александров Московской губ. в семье инженера-путейца, происходившего из
обрусевшего польского дворянского рода. Детство провела в Александрове,
с 1898 жила в Москве и в Судаке, где семья Герцык приобрела дом. Росла
замкнутым, вдумчивым ребенком, склонным к самоанализу, создавала в
воображении собственный фантастический мир. Получила многостороннее
гуманитарное образование. В юности совершила несколько поездок по
Западной Европе.
Имя Герцык появилось в печати в самом начале века как переводчицы
трудов Дж. Рескина, Ф. Ницше и автора литературно-критических и
мемуарных эссе («Религия красоты» о Дж. Рескине, 1902 и др.),
опубликованных в разных журналах. С 1905 Герцык сотрудничала как автор
рецензий в журнале символистов «Весы» под псевд. Сирин.
В 1907 вышла замуж за Д. Е. Жуковского — ученого, издателя,
переводчика философской литературы. В квартире Герцык собирались многие
литераторы и философы, близкими друзьями Герцык были С. Булгаков, М.
Волошин, Вяч. Иванов, М. Цветаева.
Первая значительная публикация стихотворений Герцык — цикл «Золотой
ключ» в альманахе символистов «Цветник Ор. Кошница первая» (СПБ., 1907).
Для ранних стихов характерны состояния томления, духовного поиска,
одиночества («я только сестра всему живому»). Стихи насыщены
религиозно-философской символикой, но по форме близки к поэтике женского
фольклора: заплачки, причитания, песни. Действительность
мифологизируется, поэт погружен в мир знаков и символов, полных
внутреннего значения. Утонченный мир лирической героини, напевность
поэзии Герцык отмечали Бальмонт, Волошин, Брюсов, Вяч. Иванов. Лучшие
стихи раннего периода вошли в единственную книгу Герцык «Стихотворения»
(1910).
Для периода 1910—17, когда Герцык печатается в журнале «Северные
записки», «Альманахе Муз» и др., характерны попытки обрести единство с
бытием через эстетический пафос. В то же время лирика Герцык становится
более предметной («Может быть, я к родине / Приближаюсь ныне, / Слушаю
предания, / Узнаю святыни?» («У меня нет родины…», 1912). Возникает тема
поэзии как служения Творцу («Благослови меня служить тебе словами…»,
1911), неустанного бодрствования духа. Долгие религиозные искания Герцык
приводят ее в Православную церковь.
Дореволюционная проза Герцык — очерки, посвященные становлению
личности ребенка, эссе о ряде литераторов — автобиографична и глубоко
психологична («Из мира детских игр», 1906; «О том, чего не было», 1911,
и др.).
Годы революции и гражданской войны Герцык проводит в Крыму, переживая
красный террор, аресты и расстрелы близких, голод, едва не унесший жизнь
детей. В янв. 1921 Герцык была арестована и провела несколько недель в
тюрьме-подвале в Судаке, где создала цикл стихотворений «Подвальные».
Позже, в 1924—25, написала «Подвальные очерки» (частично опубликованы Б.
К. Зайцевым в рижском журнале «Перезвоны». 1926. № 25—27).
Последний период — важнейший для внутреннего развития и для поэзии
Герцык, когда созданы лучшие ее стихи. «В сущности, она всегда была
поэтесса-святая. Невидная собою, с недостатком произношения, недостатком
слуха, А. Герцык была — великая скромность, чистота и душевная глубина»,
— писал Б. К. Зайцев («Светлый путь»). С. Н. Булгаков вспоминал, что
Герцык была исполнена внутреннего света, который в силу страданий
становился лишь ярче и чище. Этот внутренний свет озаряет и стихи, и
прозу Герцык последнего периода.
Тема «Подвальных очерков» — пограничное состояние людей на пороге
смерти, когда уходят временные, земные желания и заботы, и человеку
открывается Истина Евангелия. Прощаясь друг с другом на земле, люди
становятся «братьями в вечности». Трагические сцены выдержаны в строгом,
сдержанном стиле. Все происходящее побуждает автора к раздумьям: «Не
слишком ли мы полагаемся на себя? Не слишком ли редко обращаемся мыслями
к незримой вневременной власти?» (очерк «Todesreif» (готовый к смерти)).
Те же мотивы жизни на грани смерти, предчувствия близкого перехода в
мир иной звучат и в поэзии Герцык этих лет, которую можно
охарактеризовать как редкую для ХХ в. «христианскую лирику». Путь Поэта,
вслед за пушкинским «Пророком», осмысляется как следование Божиему
призыву: «Нейди вперед, не засветив лампады, / Чтоб каждый день в веках
не угасал!» (Сонеты, 1919). Переживание вины, тоска, отчаяние —
разрешаются в сладости жертвы Христу. В мире, где стало «пустынно и
сурово», крепнет вера, что «смерти нет» («Какая радость снять оковы…»,
1924—25). Страдания возвысили и очистили душу поэтессы. Стихи этого
периода — «это религиозные гимны. Это великое приятие всех бедствий и
страданий, величайшее утверждение смирения и любви к Богу» (Б. Зайцев.
Светлый путь).
А. Любомудров
Использованы материалы сайта Большая энциклопедия русского народа -
http://www.rusinst.ru
ГЕРЦЫК Аделаида Казимировна (в замуже-стве Жуковская; псевдоним Сирин)
3(15).2. 1874 (1875?), г. Александров Московской губ,— 25.6.1925, Судак] —
поэт, прозаик, переводчик.
Родилась в семье инженера-путейца, происходившего из обрусевшего польского
дворянского рода. Детство провела в Александрове, с 1 898 жила в Москве и в
Судаке, где семья Г. приобрела дом. Росла замкнутым, вдумчивым ребенком,
склонным к самоана-лизу, создавала в воображении собственный фантастический мир.
Получила многостороннее гуманитарное образование. В юности совершила несколько
поездок по Западной Европе (Швейцария, Франция, Германия).
Имя Г. появилось в печати в начале XX в. как переводчицы трудов Дж. Рескина,
Ф. Ницше и автора лит.-критических и мемуарных эссе («Религия красоты» о Дж. Рес
кине, 1902 и др.). С 1905 Г. сотрудничала как автор рецензий в ж. символистов
«Весы» под псевдонимом Сирин.
В 1907 вышла замуж за Д. Е. Жуковского — ученого, издателя, переводчика
философской лит-ры. В квартире Г. собирались мн. литераторы и философы, близкими
друзьями Г. были Л. Шестов, С. Булгаков, М. Волошин, Вяч. Иванов, М. Цветаева.
Первая значительная публикация стих. Г.— цикл «Золотой ключ» в альм,
символи-стов «Цветник Ор. Кошница первая» (СПБ., 1907). Для ранних стихов
характерны состо-яния томления, духовного поиска, одиночества («я только сестра
всему живому»). Стихи насыщены религиозно-философской символикой, но по форме
близки к фольклору: заплачки, причитания, песни. Действительность
мифологизируется, наполняется знаками и символами. Утонченный мир лирической
героини, напевность поэзии Г. отмечали Бальмонт, Волошин, Брюсов, Вяч. Иванов.
Лучшие стихи раннего периода вошли в единственную книгу Г. «Стихотворения»
(1910).
Для периода 1910-17, когда Г. печатается в ж. «Северные записки», «Альманахе
Муз» и др., характерны попытки обрести единство с бытием через эстетический
пафос. В то же время лирика Г. становится более предметной («Может быть, я к
родине / Приближаюсь ныне, / Слушаю предания, / Узнаю святыни?» («У меня нет
родины...», 1912). Возникает тема поэзии как служения Творцу («Благослови меня
служить Тебе словами...», 1911), неустанного бодрствования духа. Долгие
религиозные искания Г. приводят ее в Православную церковь.
Дореволюционная проза Г.— очерки, посвященные становлению личности ребенка,
эссе о литераторах — автобиографична и глубоко психологична («Из мира детских
игр», 1906; «О том, чего не было», 1911 и др.)
Годы революции и Гражданской войны Г. проводит в Крыму, переживая красный
террор, аресты и расстрелы близких, голод, едва не унесший жизнь детей. В янв.
1921 Г. была арестована и провела несколько недель в тюрьме-подвале в Судаке,
где создала цикл стих. «Подвальные». Позже, в 1924-25, написала «Подвальные
очерки» (вскоре частично опубликованы Б. К. Зайцевым в рижском ж. «Перезвоны»,
1926, № 25-27).
Последний период — важнейший для внутреннего развития и для поэзии Г., когда
созданы лучшие ее стихи. «В сущности, она всегда была поэтесса-святая. Невидная
собою, с недостатком произношения, недостатком слуха, А. Г. была — великая
скромность, чистота и душевная глубина»,— писал Б. К. Зайцев (Зайцев Б,— С.
397). С. Н. Булгаков вспоминал, что Г. была исполнена внутреннего света, который
от страданий становился лишь ярче и чище (Наше наследие. 1991. № 3. С. 124).
Этот внутренний свет озаряет и стихи, и прозу Г. последнего периода.
Тема «Подвальных очерков» — пограничное состояние людей на пороге смерти,
когда уходят временные, земные желания и заботы и человеку открывается Истина
Евангелия. Прощаясь друг с другом на земле, люди становятся «братьями в
вечности». Трагические сцены выдержаны в строгом, сдержанном стиле. Все
происходящее побуждает автора к раздумьям: «Не слишком ли мы полагаемся на себя?
Не слишком ли редко обращаемся мыслями к незримой вневременной власти?» (очерк
«Todesreif», т. е. «Готовый к смерти»).
Те же мотивы жизни на грани смерти, предчувствия близкого перехода в мир иной
звучат и в поэзии Г. этих лет, которую можно охарактеризовать как редкую для XX
в. «христианскую лирику». Путь поэта, вслед за пушкинским «Пророком»,
осмысляется как следование Божию призыву: «Нейди вперед, не засветив лампады, /
Чтоб каждый день в веках не угасал!» («Сонеты», 1919). Переживание вины, тоска,
отчаяние разрешаются в сладости жертвы Христу. В мире, где стало «пустынно и
сурово», крепнет вера, что «смерти нет» («Какая радость снять оковы...»,
1924-25). Страдания возвысили и очистили душу поэтессы. Стихи этого периода —
«это религиозные гимны. Это великое приятие всех бедствий и страданий,
величайшее утверждение смирения и любви к Богу» (Зайцев Б,- С. 398).
Была похоронена в Судаке; могила не сохранилась. Дом Г. в Судаке уцелел.
А. М. Любомудров
Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты,
драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 1. М., 2005, сс. 471-472.
Сочинения:
Стихи и проза: В 2 т. М., 1993 / Сост., предисл., коммент. Т.
Н. Жуковской;
«Жарок был цвет души…» [Очерк и стихотворения] // Наше
наследие. 1991. № 3.
[Стихотворения] // Sub rosa. М., 1999;
Сестры Герцык. Письма / сост. и комм. Т.
Н. Жуковской. СПб.; М., 2002.
Литература:
Герцык Е. К. Воспоминания. М., 1996;
Волошин М. Лики
творчества. Л., 1988;
Сестры Аделаида и Евгения Герцык и их окружение.
М.; Судак, 1997.
Зайцев
Б. К. Светлый путь (Памяти А. Г.) // Зайцев Б. К. Знак креста. М., 1999;
Калло
Е. Четыре имени в русской поэзии // Sub rosa. Женская лирика Серебряного века.
М., 1999.
|
