Алесь Адамович
Белорусский прозаик
Адамович Алесь,
настоящее имя - Александр Михайлович (р. 1927),
белорусский прозаик, публицист.
Родился 3 сентября в деревне Конюхи
Минской области в семье врача. С 1928 семья жила на
Бобруйщине, где ее застала Отечественная война. С
14 лет вместе с родственниками принимал участие в
деятельности антифашистского подполья, с 1943 до
начала 1944 сражался в партизанском отряде.
В 1944 уехал на Алтай, где жила его тетя,
поступил в Лениногорский горно-металлургический
техникум, поселился в студенческом общежитии
(мать и брат остались в партизанском отряде, отец
- на фронте).
После войны вернулся в Белоруссию,
поступил в Минский университет, закончил
аспирантуру, защитив кандидатскую диссертацию.
Работая в Институте литературы им. Я. Купалы,
защитил докторскую диссертацию.
В 1962 - 66 жил в Москве, учился на Высших
сценарных курсах, одновременно читая курс
белорусской литературы в МГУ им. М. Ломоносова.
Затем вернулся в Минск, продолжив работу в
Институте литературы. Член-корр. АН Белоруссии с
1980. Начал литературную деятельность романом
"Война под крышами" (1960). Его перу
принадлежат повести "Сыновья уходят в бой"
(1965), "Хатынская повесть"(1968 - 72), "Я из
огненной деревни" (1977, совместно с Я. Брылем и В.
Колесником), "Каратели" (1980), "Блокадная
книга" (1977 - 81, совместно с Д. Граниным).
Автор рассказов, многочисленных
публицистических очерков, активный общественный
деятель. Живет и работает в Минске.
Использованы материалы кн.: Русские
писатели и поэты. Краткий биографический
словарь. Москва, 2000.
Писатель XX века
Адамович Алесь (настоящее имя Александр Михайлович)
[3.9.1927, д.Конюхи Копыльского р-на Минской обл.— 26.1.1994, Москва;
похоронен в пос. Глуша Бобруйского р-на Могилевской обл.]
— прозаик, кинодраматург, публицист.
Родился в семье врачей. Семья переезжает в пос.Глуша, где ее и настигает
Великая Отечественная война. Отец уходит на фронт, а мать, работая в аптеке,
устанавливает связь с партизанами; в 1943 вместе с двумя сыновьями уходит в
лес к партизанам. 15-летний подросток наравне со взрослыми ходит на задания,
участвует в боевых операциях. В конце 1943 отряд, в котором находился
Адамович, под рекой Березиной участвует в тяжелом бою с фронтовым немецким
соединением, немногим, среди которых был и Адамовичу, удалось остаться в
живых. До лета 1945 Адамович живет
на Алтае у родственников. Там он работает и 1 год учится в Лениногорском
горно-металлургическом техникуме. Вернувшись в Белоруссию, Адамович
поступает на филологический факультет Белорусского государственного
университета. С отличием закончив учебу, поступает в аспирантуру (1950-53).
Некоторое время работает преподавателем, защищает кандидатскую дис.
В 1962 Адамович также успешно защищает диссертацию на соискание ученой
степени доктора филологических наук.
В 1970-е Адамович работает в Институте литературы им. Янки Купалы Академии
наук БССР заведующим сектором литературных взаимосвязей, ему присваиваются
ученые звания профессора и члена-корреспондента АН БССР. Уже в аспирантуре
он пишет фрагменты своей будущей партизанской дилогии, но публиковаться еще
не решается. Говоря о главном «толчке», который сделал его литератором,
Адамович писал: «Для одних это была революция, Гражданская война... Для меня
и многих моих одногодков — Отечественная война и Двадцатый съезд. Два толчка
— два "эпицентра"» (СС. Т.1. С.619).
Впервые в печати Адамович выступил в 1953 как критик со статьями о
современной белорусской прозе, которые позднее составили сборнике.
«Литература, мы и время» (1979). Литературоведческие книги Адамовича «Путь к
мастерству. Становление художественного стиля К.Чорного» (1958), «Культура
творчества» (1959) и «Белорусский роман» (1960) написаны на обширном
материале белорусской литературы. В
конце 1950-х критические и литературоведческие публикации Адамовича
сменяются публикациями прозаическими: дилогия «Партизаны» — романы «Война
под крышами» (1960) и «Сыновья уходят в бой» (1963). Прототипом главной
героини дилогии Анны Михайловны, по признанию самого писателя, была его
мать, которую он по-настоящему узнал только во время войны. Идейный пафос
дилогии — преодоление литературно приукрашенного, сглаженного облика
партизанской действительности. Писать не так, «как должно было быть», а так,
«как оно было», становится главным девизом всего последующего творчества
Адамовича. В повестях Адамовича
«Асия» (журнальный вариант — «Виктория», 1965) и «Последний отпуск» (1967)
исследуется нравственная и духовная основа любовного чувства. Обильно
насыщенные философскими рассуждениями, эти книги были направлены против
равнодушия и бездуховности.
Очередным произведением о партизанской борьбе стала «Хатынская повесть»
(1972). Здесь речь идет не столько о страшной трагедии сожженной белорусской
деревни Хатынь, сколько о подобной участи многочисленных других деревень
Белоруссии. События войны показаны в повести как воспоминания бывших
партизан отряда Косача, собравшихся вместе, чтобы поговорить о своей боевой
молодости. Ослепший после контузии партизан Флориан Гайшун (Флёра) с
обостренной болью и особенной ясностью воспринимает военное прошлое. Повесть
органично вобрала в себя и сюжет любовного «треугольника», и философские
размышления, и обостренное индивидуальное видение конкретных жизненных
фактов. После «Хатынской повести» Адамович писал: «Есть, оказывается,
правда, необходимая, большая, которую литература, однако, не в силах не
только выразить вполне, но и просто вобрать, удержать» (Литературное
обозрение. 1975. №4). Возникает замысел написать книгу документальных
свидетельств о преступлениях немцев на белорусской земле. Совместно с
Я.Брылем и В.Колесником Адамович пишет документальную трагедию «Я из
огненной деревни...» (1975). В книге были использованы подлинные рассказы
более 300 непосредственных свидетелей хатынских трагедий, людей, «вышедших
из огня, из-под земли». Книга обжигала своей чудовищной достоверностью и
вселяла ужас перед открывшейся бездной фашистской жестокости. Другим таким
же опытом Адамовича явилась опубликованная в 1979 совместно с Д.Граниным
«Блокадная книга»; позднее Д.Гранин опубликовал задержанную ранее цензурой
«Запретную главу» (Знамя. 1988. №2). Авторы стремились зафиксировать
пережитое жителями блокадного Ленинграда, их имена и адреса, понять их
мироощущение, осознать истоки их стойкости и героизма. Свободный авторский
диалог с живыми свидетелями дал возможность осознать бесконечное
разнообразие пусть и трагической, но живой плоти непереводимого на язык
логики и разума бытия — тихий хаос смерти и судорожное, героическое усилие
жизни. В конце 1970-х возникает
замысел очередной повести Адамовича — «Каратели...» (полное название
«Каратели. Радость ножа, или Жизнеописания гипербореев», 1980) и ее
дополнительной главы «Дублер: Сны с открытыми глазами» (1988). Это
произведение как по своему замыслу, так и по жанру занимает особое место во
всей советской прозе на тему Великой Отечественной войны. Пожалуй, впервые
логика, философия и психология изуверов были показаны с такой аналитической
глубиной и бесстрашием. В русле гуманистической традиции Л.Толстого и
Достоевского в повествовании разворачивается «фантастический реализм»
«сверхчеловеков»: фантазия «Высших» и «Низших», «книжные мечты»
эгоцентричной философии Ницше, воплощенные в кровавую практику фашистского
геноцида, процесс «расчеловечивания» и предельного «помутнения»
раздраженного сердца немецких приспешников, втянутых в машину гитлеровского
«орднунга». Писатель стремится разоблачить фашистское мифотворчество,
зомбирующее сознание масс. Повесть «Каратели...» первоначально задумывалась
как «сны двух тиранов», но из-за цензурных запретов глава «Дублер...»,
посвященная второму тирану — Сталину и написанная еще в 1979, смогла увидеть
свет лишь через 9 лет (Дружба народов. 1988. №11). Писатель считал эту главу
своего произведения основной, посвятив ее психологической загадке феномена
Сталина. Перед нами проходят «сны с открытыми глазами» уставшего,
подозрительного, страдающего манией преследования и окруженного страхом
диктатора. Повесть убедительно показала, что, не переводя «документ» в
разряд беллетристики, разножанровый материал произведения можно удачно
сочетать в едином полифоническом целом. Адамович призывал литературу,
общественное сознание очиститься от «тромбов» полуправды, умолчаний,
иллюзий, высветить до последних глубин суровую реальность подлинного факта.
Адамович активно участвует в
экранизации таких своих произведений, как «Сыновья уходят в бой» (1969), «Я
из огненной деревни...» (документальный цикл: «Женщина из убитой деревни»,
«Горсть песка», «Немой крик», «Суд памяти», «Последнее слово», 1975-78),
совместно с Э.Климовым по «Хатынской повести» ставит фильм «Иди и смотри»
(1985). Поясняя сценарий этого фильма, Адамович писал: «Убить самое
убийство, и не одно лишь атомное, но и всякое иное, только так можно
навсегда убить Гитлера» (СС. Т.4. С.545).
В 1970-е Адамович продолжает работать в жанре критики и литературоведения.
Выходит ряд его книг: «Масштабность прозы» (1972), «Горизонты белорусской
прозы» (1974), «Издали и вблизи» (1976). В них особую значимость приобретают
проблемы связи белорусской литературы с другими славянскими литераторами
(творчество К.Чорного, М.Горецкого, И.Мележа, В.Быкова и др.). В этот период
Адамович пишет статьи «По праву любви» (1980), «Достоевский после
Достоевского» (1981), «Ничего важнее» (1982) и др.
Чернобыльские события лета 1986 вызвали активную публицистическую
деятельность писателя. Адамович добивается личной встречи с главой
государства, сообщает ему замалчиваемую властями правду о происходящих
событиях. Проблема ядерного апокалипсиса находит свое отражение в
произведении Адамовича «Последняя пастораль» (Новый мир. 1987. № 3).
В 1987 Адамович переезжает из Минска в Москву и становится там директором
НИИ киноискусства. В мае-июне 1989 Адамович в качестве депутата принимает
деятельное участие в работе I Съезда народных депутатов СССР. Митинги и
съезды, в которых участвовал Адамович в эти дни, не помешали ему в конце
1991 закончить работу над повестью «Венера, или Как я был крепостником»
(Неман. 1992. №7). В последние 2
года писатель серьезно болел. Из общественного деятеля он превращается в
летописца и мемуариста. Свою итоговую разножанровую
исповедально-документальную книгу «Vixi» («Прожито», 1993-94), над которой
Адамович работал до самых последних дней, закончить не успел. В
опубликованной 1 -й и незаконченной 2-й части книги писатель вновь
возвращается к толстовской теме «войны и мира», жизни и смерти, к
политическим, философским, к психологическо-физиологическим рефлексиям,
связанным с его молодостью, с чистой и сентиментально-грустной историей его
юношеской послевоенной любви. Смысл своей завершающей книги писатель видел в
том, чтобы «взглянуть на многое (и на самого автора романов) из такого
будущего, где уже виден край жизни» (Дружба народов. 1993. №10. С.49).
«Алесь Адамович,— говорилось в «Литературной газете» после смерти писателя,—
отдал все силы борьбе против тоталитаризма, за демократическое обновление
народной жизни». Его общественный и литературный труд был назван
«подвижническим, а жизнь — подвигом» (Литературная газета 1994. №5. С.З).
В.С.Фёдоров
Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики,
поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 1. с. 18-20.
Далее читайте:
Спецсообщение
секретно-политического отдела ГУГБ НКВД СССР «О ходе подготовки к I Всесоюзному
съезду Союза советских писателей». 12.08.1934 (см. краткую характеристику
Алеся Адамовича).
Письмо сорока двух, Известия. 1993. 5
октября.
Сочинения:
Избранные произведения: в 4т. Минск,
1995; Избранные произведения: в 2т.
Минск, 1977; «Мут» по-немецки —
«мужество»: рассказ // Аврора. 1985. №11;
Отвоевались!: сб. статей и выступлений. М., 1990;
Адамович А., Гранин Д. Блокадная книга: Главы, которых в книге не было //
Звезда. 1992. № 5, 6; Адамович А.,
Гранин Д. Блокадная книга. СПб., 1994; Vixi (Прожито): Законченные главы
незавершенной книги // Дружба народов. 1993. №10;
Сидели мы на крыше... (Vixi-2) // Дружба народов. 1995. №1;
Единственная моя жизнь... (Vixi-2) // Дружба народов. 1996. №3;
Делать дело — всю жизнь и постоянно...: Из записных книжек разных лет /
публ. В.С.Адамович, Н.А.Шувагинэй-Адамович // Вопросы литературы. 1999. №5;
Из «Зеленой тетради». 1987 год //
Вопросы литературы. 2001. №4.
Литература:
Конецкий В. У каждого был свой
спаситель // Дружба народов. 1980. №5;
Шубин Л. Боль и память // Литературное обозрение. 1982. №12;
Белая Г.А. Художественный мир современной прозы. М., 1983.
Терновский А.В. Книги о войне и мире // литература в школе. 1985. №2;
Лисовский И. Дыхание зверя // Литературное обозрение. 1939. №7;
Гранин Д. Послесловие к недописанной части исговеди А.Адамовича «Сидели мы
на крыше...» // Дружба народов. 1995. №1;
Гранин Д. Друг мой Алесь. Из воспоминаний об А.Адамовиче // Вопросы
литературы 1995. Вып.1; Лазарев Л.
Без страха и упрека: Вспоминая и перечитывая А.Адамовича // Знамя. 1995. №6:
Давыдов Ю.В. Нежность // Дружба
народов. 1996. №3; Перуанская В.
Вспоминая Алеся Адамовича, и не только его... // Вопросы литературы. 1997.
№6.
|
