Родственные проекты:
Купить эту книгу в Интернет-магазине ОЗОН. Купите книгу Крылья за спиной в интернет-магазине. |
II Романовские чтения
Палюлина И.А.
Костромской государственный Университет им. Н.А. Некрасова
Программа и тактика конституционно-демократической партии на
выборах в Учредительное собрание в 1917 г.
(на материалах губерний Верхнего Поволжья)
А.И.Коновалов работы Ю.К. Арцыбушева.
Владимирская, Костромская и Ярославская губернии избрали 23 членов
Учредительного собрания и среди них лишь одного кадета – предпринимателя,
министра торговли и промышленности, заместителя председателя Временного
правительства, члена Совета Российской республики
А. И. Коновалова,
который возглавлял ярославский список партии Народной свободы. Но и этой
удачи могло бы не быть, если бы не предвыборное соглашение с Союзом
земельных собственников и представителями Всероссийского
торгово-промышленного союза.
По итогам общероссийских выборов в Учредительное собрание партия кадетов
получила 4,5 % голосов, но в рассматриваемых губерниях этот показатель оказался
выше: во Владимирской – 6,2%, в Костромской – 7,5 %, в Ярославской – 11,7 %.[i]
Добиться подобных результатов, на наш взгляд, им позволила правильно
организованная избирательная кампания.
VII съезд Партии народной свободы (ПНС), проходивший в марте 1917 г.,
единогласно высказался за выборную форму правления. Кадеты ратовали за передачу
Учредительному собранию всей полноты государственной власти и считали, что его
задачи, помимо установления конституции, заключаются в разрешении всех
неотложных государственных вопросов, которые встанут на очередь ко времени его
созыва.
Являясь партией парламентского типа, именно ПНС приложила максимум усилий для
разработки закона о выборах в Собрание, которое она считала регулятором
межклассовых отношений, но отнюдь не священным институтом. Конституционные
демократы полагали, что с его созывом спешить не следует, а лучше всего
подождать до окончания войны. Поскольку прекрасно понимали, что в разгар
революционных событий и при всеобщем избирательном праве имеют очень мало шансов
победить на выборах, так как в моду входил радикализм. Тем не менее, у кадетов в
достаточном количестве имелись и денежные средства и умелые ораторы и
публицисты, которым было по плечу преподнести партийную программу широким слоям
населения в самом лучшем виде. Богатый опыт думских кампаний не мало этому
помогал.
Упор делался на надклассовый характер ПНС, торжество законности и порядка,
разоблачение несостоятельности притязаний социалистов, особенно большевиков, на
власть. Эта тактика была рассчитана на поддержку всех «государственно-мыслящих
элементов», на разлитые в обществе патриотические чувства, оскорбленные военными
поражениями и национальным унижением после распада бывшей империи, а также на
естественную усталость народа от политической борьбы.
В августе были намечены обязательные и желательные кандидатуры для внесения в
списки по округам. За местными комитетами оставлялось право отвергнуть
предложенные фамилии. В октябре Х съезд рекомендовал, во избежание потери
голосов, принять все доступные меры к соединению списков партий и групп, стоящих
на одинаковой с ПНС государственной платформе.[ii]
Кадеты создали в Москве комиссию для объединения агитационной работы перед
Учредительным собранием и для организации ее во всероссийском масштабе. Туда
вошли 5 членов ЦК и представитель от студенческой фракции. Между ними для
специального попечения были поделены все области. Московскую, которая включала в
себя 21 губернию, в том числе Владимирскую, Костромскую и Ярославскую, курировал
М. Г. Комиссаров.
М.Г. Комиссаров.
В основу деятельности этой комиссии были положены пожелания местных
отделов о том, что они нуждаются в приездах кандидатов в Учредительное
собрание и других членов ЦК, а так же лекторов, инструкторов и агитаторов.
И, конечно же, в равномерном снабжении партийной литературой, воззваниями и
плакатами. В свою очередь центр ждал от местных комитетов открытия
агитационных комиссий для работы в пределах губернии и набора, своими
силами, пропагандистов, главным образом, из учащихся и крестьян.
Предполагались также устройство, с некоторой помощью от центра, курсов и
школ, оживление партийной жизни путем открытия клубов, организации
собеседований и диспутов, образование складов для литературы. На долю
уездных комитетов падала, главным образом, работа среди крестьянского
населения.[iii]
В октябре 1917 г. ЦК ПНС распространил письмо, к которому прилагалось 11
образцов различных плакатов для распространения в губерниях во время
предвыборной кампании. В обращении к солдатам, например, говорилось о том, что
заключить мирный договор с врагом можно будет лишь, победив его, а не стоя на
коленях. Считалось, что противником достижения мира является тот, кто «мешает
запасным полкам посылать на фронт свежие пополнения, кто зовет крестьян не
возить на станции хлеб, кто в угольных копях вызывает беспорядки, чтобы
остановить паровозы на дорогах и печи на заводах, кто в тылу стачками, а порой
поджогами и взрывами стремится остановить заготовку снарядов и патронов». Партия
обещала восстановить боеспособность армии и навести в стране такой порядок,
который дал бы солдатам в окопах все нужное для того, чтобы в кратчайший срок
заставить немцев завершить войну.[iv]
В воззваниях к крестьянству анализировалось решение различными партиями
аграрного вопроса. Эсеровская социализация критиковалась за отсутствие прав
собственности на землю, невозможность передачи ее по наследству, постоянные
переделы и засилье земельных комитетов. Меньшевистская муниципализация
объявлялась созданием нового помещика в лице земства, и превращением крестьян в
полностью зависимых от него арендаторов. Большевистская национализация
трактовалась как передача угодий в ведение государства рабочих, которые станут
управлять крестьянами и не будут наделять их землей по справедливости. В этой
связи всячески превозносилась аграрная программа кадетов, в результате
реализации которой все будут довольны: и крестьяне, получившие угодья в
собственность, и помещики, справедливо вознагражденные за потерянные излишки.
ПНС заявляла, что она желает, чтобы русские крестьяне были такими же богатыми,
грамотными, разумными и свободными сельскими хозяевами, как французские,
немецкие, чешские крестьяне или американские фермеры. «За границей люди не
глупее нас, - утверждало воззвание, - но там о социализации земли никто и
слышать не хочет».[v]
Партийные установки активно проводились в жизнь на местах. ПНС шла во
Владимирской губернии под № 1, в Костромской и Ярославской – под № 2.
«Русский Манчестер» (Иваново-Вознесенск) увещевал граждан, что здравый смысл
должен подсказать им, что единственным способом борьбы с разрухой и нищетой
является твердый порядок, а установить его и решить все хозяйственные проблемы
сможет только Учредительное собрание. Но, при одном условии, что в него пройдут
«не крикуны, дела не понимающие, а добросовестные и серьезные люди, знающие, как
устроить жизнь, как обеспечить рабочим нормальные условия труда, как наделить
крестьян землей и как оградить свободу всех честных людей от озорства и
насилия». Далее, разумеется, сообщалось, что такие люди есть в ПНС, и избиратели
призывались голосовать за эту партию и доказать, таким образом, свой разум, волю
и силу.[vi]
Костромские кадеты отмечали, что Партия народной свободы выступает за
совместную, дружную и творческую работу, поскольку ей дороги народные силы и они
не растрачивают их на взаимное истребление. Они требуют для России «постоянного
мира внутри и прочного и почетного мира извне». Говорилось о том, что партия
стремится лишь к тому, чтобы все народы и все классы нашли удовлетворение своих
справедливых нужд, чтобы « Россия обратилась, наконец, в тот великий храм, куда
человек входит с благоговением, и где пробуждаются его лучшие мысли и чувства».[vii]
В Ярославле заявлялось, что за список №2 пойдет голосовать тот, кто стоит за
свободу и государственный порядок, защищает свои права и помнит об обязанностях,
кто зовет к единению трудящихся, борьбе со всеми врагами родины, прекращению
братоубийственного противостояния, кто стоит за честное наделение крестьян
землей и выступает против захватов, погромов и разбоев.[viii]
В дни выборов воззвания кадетов начинались словами: «Бьет последний час!»,
«Сегодня или никогда!», «Каждый голос, поданный за список №2, есть кирпич в
здание свободы России!», а завершались обещанием справедливого разрешения всех
насущных проблем и призывом к гражданам очнуться от апатии и спячки.[ix]
Не обошли они своим вниманием и верующих, заявляя, что партийная позиция
перекликается с учением христианской церкви, для которой нет ни бедных, ни
богатых, ни знатных, ни убогих – все дети отца небесного. Говорилось, что кадеты
будут последовательно отстаивать свободу вероисповедания и культа, но
православие должно иметь первенство как учение большинства населения России, а
также покровительство и материальную поддержку правительства. Декларировалась
независимость церкви в решении внутренних вопросов, но отделение ее от
государства не рекомендовалось, так как это «тяжкой болью отозвалось бы в душе
русского народа». В связи со всем вышесказанным, партия просила не отказать в
содействии и распространить среди прихожан список №2.[x]
Кадеты полагали, что в настоящий момент невозможно установить точный перечень
вопросов, которые будет необходимо решить в ходе работы Учредительного собрания.
Поэтому, хотя партия и высказывалась по различным проблемам, и пропагандировала
свои взгляды на страницах газет, но ее призывы иногда отличала некоторая
нечеткость и неопределенность, они были патетичны и апеллировали к гражданскому
сознанию.
ПНС считала, что российский народ переживает исторические минуты, что людям
нынешнего поколения будут завидовать потомки, предполагала, что о великой
русской революции напишут сотни книг. Но, высказывалось опасение, что будущие
историки скажут о том, что напрасно к населению страны в течение восьми месяцев
обращались с величавым и гордым словом «граждане», так как русский народ не смог
подняться до высшего понимания гражданских обязанностей и по-прежнему влачил
существование обывателей, которым было недосуг или лень принять участие в
выборах, и которые не понимали, что спасение в них самих и видели его в
появлении жестких усмирителей или в помощи иноземцев. И этой массой испуганных и
раздраженных людей успешно помыкали те, кто боялся выявления истинной народной
воли. «Граждане! - заканчивалось воззвание, - будущие поколения смотрят на вас в
эту минуту. Наши потомки вправе ожидать, чтобы мы приложили максимум усилий для
создания условий, необходимых для развития их молодых сил».[xi]
Тот же возвышенный стиль отличает и обращение к женщинам-избирательницам.
«Дочери, сестры, матери, жены, вас зовет большая и израненная родина. Ей нужен
покой и отдых. Вы не раз спасали ее, придите и теперь ей на помощь».[xii]
Кадеты проводили агитацию против всех социалистических списков, так как
считали, что на словах те обещали земной рай, а на деле развалили армию,
разрушили власть и порядок, посеяли двоевластие, многовластие и безвластие,
поощряли бездельничанье, и разрушили промышленность. В результате – «голодные
крестьяне не хотят давать хлеба городам, города деревне продуктов».[xiii]
Но основным, главным врагом, конечно же, объявлялись большевики, особенно после
Октябрьской революции. Конституционные демократы говорили о том, что, преступно
захватив власть, эти предатели родины надеются получить оправдание и одобрение
со стороны Учредительного собрания. «От вас зависит, - обращались они к
избирателям, - не допустить их торжества».[xiv]
РСДРП(б) критиковалась также за отсутствие жизненности и неправильность
тактики, развал страны и попустительство анархии. Кадеты заявляли о
необходимости беречь завоеванные демократические свободы, которые с легкостью
попирают большевики, говорилось о том, что решение рабочего вопроса списано
левыми социал-демократами у кадетов, при чем в худшем варианте, полагалось, что
лишь земельная программа ПНС осуществима, а у РСДРП(б) лишь пустые слова.[xv]
Свои шансы на выборах губернские отделения партии оценивали по-разному.
Иваново-Вознесенский «Рабочий город», например, писал, что агитаторы кадетов и
списка «Возрождение свободной России» приехать туда побоялись, и правильно
сделали, так как «в нашем городе им делать нечего».[xvi]
Возникали и другие проблемы, «Поволжский вестник» (Кострома) отмечал, что
ведение агитации крайне затрудняется из-за отсутствия лошадей для поездок
инструкторов, которым неоднократно приходится идти пешком из одной волости в
другую. А «цены на подводы невероятные. За один проезд в 30-40 верст иногда
требуют по 100 рублей и более». Но, несмотря на суровые жизненные реалии, кадеты
продолжали пропагандистскую работу. Они настойчиво призывали граждан не
допустить срыва Учредительного собрания, так как «участвовать в выборах – значит
участвовать в спасении родины».[xvii]
На митинге, состоявшемся в костромском Дворянском собрании 8 ноября 1917 года
А. С. Дурново, представитель партии Народной свободы призывал всех граждан
класть свои записки за меньшевиков и эсеров, если их не устраивает список №2.
Подобный пессимизм наблюдался и во мнении кадетов о своих избирателях. Они
считали, что вокруг их партии группируются интеллигенты, торгово-промышленные
круги и местное городское чиновничество, а так же многие земские работники, но
сочувствие этих слоев проявляется лишь в подаче голосов за партийные списки. В
остальном они отличаются чрезвычайной пассивностью и серьезной опорой служить не
могут.[xviii]
Некоторые организации принимали решения голосовать за кадетов и оказывать им
всяческую помощь. Так, общее собрание торговцев и промышленников Кинешемского
района постановило на предстоящих выборах в Учредительное собрание всемерно
поддерживать список кандидатов от партии Народной свободы. Эти претенденты
оценивались как хорошо подготовленные люди, имеющие опыт законодательное
деятельности, «радеющие о народном благе сторонники порядка и законности».[xix]
Ярославские кадеты были наиболее самоуверенны. Они широко практиковали
предвыборные собрания и встречи с избирателями кандидатов, в том числе,
прибывших из Петрограда «ставленников» ЦК. Иногда даже отмечалось, что во время
лекции зал был полон, и речь встречена слушателями с интересом, хотя приходилось
выступать и в иных условиях, перед менее доброжелательной аудиторией, которая
прерывала ораторов выкриками с мест. Следили и за деятельностью других партий, с
удовлетворением констатируя тот, например, факт, что одно из предвыборных
собраний эсеров не состоялось, так как народа было мало. Из этого делался вывод,
что интерес к социалистам ослабел. В критических выпадах особо доставалось
РСДРП(б). Лозунг «Долой большевиков!» сопровождался обвинениями в развале
страны, попустительстве губительной анархии, насилию и произволу.[xx]
Ежедневно трудилось бюро партии, регулярно проводились заседания агитационной
комиссии, распространялась литература, приглашались работать все члены ПНС и
сочувствующие ей, принимались взносы и пожертвования.[xxi]
В дни выборов в бюро предполагалось разъяснять населению их порядок и
выдавать нуждающимся партийный список. Публиковались подробные разъяснения о
том, как правильно проголосовать за кадетов: «Берите с собой лишь список №2, не
делайте в нем никаких изменений и пометок, не слушайте ничьих советов, придя в
избирательный участок, вложите свою записку в конверт, который вам выдадут,
заклейте его и отпустите в ящик».[xxii]
Для агитации использовался, например, авторитет М. Горького, сказавшего о
партийном кандидате №1 А. И. Коновалове, что он не мало сделал добра своим
рабочим. Призывая голосовать за себя, кадеты просили избирателей не забывать,
что данный претендент находится под арестом в Петропавловской крепости, а другой
– Н. А. Морозов, 25 лет провел в заключении в Шлиссельбургской цитадели. Среди
остальных потенциальных депутатов чаще всего встречались земские деятели и
литераторы.[xxiii]
Из тринадцати заявленных владимирским комитетом партии кандидатов пятеро
проживали в Москве и Петрограде. Возглавлял список представитель ЦК,
приват-доцент Ф. Ф. Кокошкин, среди других претендентов чаще всего встречались
присяжные поверенные и члены Государственных дум всех созывов, а также инженеры,
врачи, агрономы, судьи и даже один крестьянин. Интересен тот факт, что
выставленный под шестым номером от ЦК К. К. Черносвитов, проходил также пятым по
Ярославскому списку партии.[xxiv]
Во главе костромского списка находился Н. А. Огородников – присяжный
поверенный, член I Государственной думы, гласный Костромской городской думы,
председатель местного комитета ПНС. Отдельные записи из этого послужного списка
встречались и у других кандидатов, среди которых преобладали работники местного
самоуправления, а также врачи, учителя и один крестьянин – член I
Государственной думы (И. В. Замыслов).[xxv]
Таким образом, кадеты, имея богатый опыт проведения избирательных кампаний, и
к очередной подошли достаточно умело. Они проводили активную организационную
работу в Верхнем Поволжье, печатали разнообразные воззвания к отдельным
категориям населения, участвовали в предвыборных собраниях. Партия высказывалась
по всевозможным вопросам и пропагандировала свои взгляды на страницах газет, но
ее призывы отличала патетика, апелляция к гражданскому сознанию, возвышенный, не
всегда понятный простому народу слог. Острой критике подвергались все
социалистические партии, но, в первую очередь, конечно же, большевики. Более
уверенной в своих силах была ярославская ПНС, костромское отделение отличал
некоторый пессимизм в оценке собственных перспектив, во Владимирской губернии
кадеты, за исключением некоторых местностей, особой популярностью не
пользовались. Эта партия прекрасно понимала, что в деревнях, рабочих городах и
гарнизонах победы на выборах ожидать не приходится. Там были свои кумиры…
Примечания
[i] Государственный архив Российской Федерации
(ГАРФ). Ф.1810. Оп. 1. Д.160. Л. 120, 127, 193 об.; Д.455. Л.99 об.;
Государственный архив новейшей истории Костромской области (ГАНИКО). Ф.383.
Оп.1. Д.26а. Л.783-785.
[ii] См.: Протасов Л.Г. Всероссийское Учредительное
собрание: история рождения и гибели. - М., 1997. - С. 42-44, 112-114;124; ГАРФ.
Ф.523. Оп.2. Д.51. Л.42.
[iii] Народная свобода (Кострома). - 1917, 5 октября.
[iv] ГАРФ. Ф.523. Оп.2. Д.51. Л.33, 35, 38.
[v] ГАРФ. Ф.523. Оп.2. Д.51. Л.39.
[vi] Русский Манчестер (Иваново-Вознесенск). – 1917,
19 ноября.
[vii] Поволжский вестник (Кострома). - 1917, 1
ноября.
[viii] Свободное слово (Ярославль). – 1917, 12, 18
ноября.
[ix] Там же. – 1917, 14 ноября.
[x] Государственный архив Ярославской области
(ГАЯО). Коллекция листовок. - №724.
[xi] Поволжский вестник. - 1917, 12 ноября.
[xii] Там же. – 1917, 1 ноября.
[xiii] Холяев С.В. Участие политических партий в
борьбе за власть в 1917 году (на материалах Верхневолжских губерний). - Дисс...
канд. ист. наук. - Ярославль, 1998.- С. 180.
[xiv] Поволжский вестник. - 1917, 12 ноября.
[xv] Свободное слово. – 1917, 8, 9, 14, 25, 26, 30
ноября.
[xvi] См.: Протасов Л.Г. Указ. соч. - С. 115.
[xvii] Поволжский вестник. – 1917, 12 октября; 11
ноября.
[xviii] Холяев С.В. Указ. соч. - С. 182.
[xix] ГАНИКО. Ф.383. Оп.1. Д.26а. Л.646.
[xx] Свободное слово. – 1917, 25 октября, 8, 9, 14,
25 ноября; Рыбинец. – 1917, 9 ноября.
[xxi] Свободное слово. – 1917, 7 ноября; Рыбинский
листок. – 1917, 17 октября.
[xxii] Свободное слово. – 1917, 12, 14 ноября.
[xxiii] Там же. – 1917, 7, 14 ноября; Рыбинец. –
1917, 23 ноября.
[xxiv] Шуйские известия. – 1917, 21 октября;
Свободное слово. – 1917, 7 ноября.
[xxv] Варнавинец. – 1917, 1 ноября.
II Романовские чтения. Центр и провинция в системе
российской государственности: материалы конференции. Кострома, 26 - 27
марта 2009 года / сост. и науч. ред. А.М. Белов, А.В. Новиков. - Кострома:
КГУ им. Н.А. Некрасова. 2009.
Далее читайте:
Кадеты
(Конституционно-демократическая партия) (справочная
статья).
А. Тыркова-Вильямс.
Кадетская партия. (Тыркова-Вильямс А. На путях к свободе, 2-е
изд. Лондон, 1990. С. 388-415.)
Члены Всероссийского Учредительного Собрания
(биографический указатель).
Комитет Членов
Учредительного собрания (КОМУЧ) - правительство, созданное в Самаре
8 июня 1918 г.
Исполнительная комиссия частного
совещания бывших членов Всероссийского Учредительного Собрания
(Париж, 1921-1922).
Источники и литература по
истории Всероссийского учредительного собрания.
Члены Временного правительства.
(Биографический указатель).
В.Б. Румянцев.
Россия,
которой не стало, потому что никогда не было. К очередной годовщине
разгона Учредительного собрания.
Палюлина И. А.
Учредительное собрание в истории провинции (на материалах Верхневолжских
губерний). I Романовские чтения.
История Российской государственности и династия Романовых: актуальные
проблемы изучения.
Кострома. 29-30 мая 2008 года.
|
